Есть прекрасное 50-томное издание «Библиотека казахской этнографии» (видел в «Академкниге» по Абылайхана в Алматы по цене 68 000 тенге или $460), включающее тома из трудов Аристова, Радлова, Вельяминова-Зернова, Аргынбаева и мн. др.
8 том: Маргулан А.Х. Труды по культуре казахского народа (Қазақ халқының жазу мәдениеті бойынша еңбектері). Павлодар, 2005. Стр.97-117.
«Найман, керей, оңгіттердің жазулары» (Письменность найманов, кереев и онгутов).
Подготовлено дочерью ученого, Данель Алькеевной Маргулан.
--------------------------------------
ПРИМ:
- перевод с казахского мой;
- географическое несоответствие районов истинной Монголии Монголии официальной истории выделены мной.
--------------------------------------
Писарями (знактоками орхоно-уйгурского письма) в улусе Чингизхана были исключительно онгуты, кереи и найманы (Рашид-ад-дин, т.1, кн.1, стр.128, стр.34; В.В.Бартольд, т.1, стр.534) (АКБ: здесь и далее автор обосновывая это документами и фактами отождествляет онгутов с поздними казахскими уаками).
Одним из старинных памятников этой письменности являются «Наставления Чингизхана, которые были названы «Алтын даптер» или «Билик» (Рашид-ад-дин, т.1, кн.2, стр.252-260). Эти записи хранились в орде Октая, как в главной Орде. В те времена главная Орда находилась на берегу современного Алакуля и называлась «Ала-Камак-Сарайы», это был древний город у подножий Джунгарского Алатау. В этом городе, орде проводились главный курултаи, там же побывали Плано Карпини и даже Тимур.
Согласно родословной 15 века «Муиз ал-ансаб», Октай доверил хранение «Алтын даптер» писарю онгутов.
В эпоху монголов писали документы на тюркском кыпчаки, аргыны (Марко Поло), жалаиры (Кадыргали Жалаири), коныраты, кете.
Великий жырау (сказитель) из племени кият, вышедшего и распространившегося из низменности «Кён» был знаменитым мыслителем, философом, ученым учителем в среде найманов и кыпчаков. Был советником и в орде Чингизхана, дожил до времен Октая. Родился он в окрестностях Алакуля и Иртыша. В 30-ые годы 13 века состарился и был вынужден передвигаться на далекие расстояния на «кюйме» (АКБ: повозка с крытым верхом) (Рашид-ад-дин, т.1, кн.1, стр.158).
Древними «жырами» (богатырскими эпосами) онгутов-уаков являются «Ер Кокче» и «Ер Косай», которые в чем-то схожи с кыргызским «Манасом». В них отчетливо говорится о том, что когда-то в старые времена они имели сильное государство.
О былой государственности кереев и уаков также говорится в эпосе «Камбар»:
... Керей мен уақтың
Қамбар соның атасы.
Сымдай сұлу анаңыз
Қамбардың болған анасы
(И.Березин, Хрестоматия, т.3, 1890)
-------------------------------------------------
Камбар –
предок кереев и уаков
Мать Камбара -
Стройная красавица
Кыпчаки, найманы, кереи, меркиты, онгуты все были тюркоязычными. Их историческая родина – Восточный Казахстан, Джунгарская степь, долины Иртыша...
Онгутов (теперешних уаков) в древности называли «Чаган татар», «Татаби». В 12-13 вв. они населяли районы по течению Иртыша, Алтай, а некторые их части и Джунгарскую равнину. Во времена караханидов китайское правительство переселило 4 тыс. онгутов для охраны Великой китайской стены.
В северных районах (верховья Иртыша, предгорья Алтая) с ними соседствовали кереи, найманы, жалаиры, коныраты.
«...Государи Китая считали племя онгут своим вассалом и своим искренно преданными рабами [«банден мухлис»]. Они ... и им ворота стены «ауткух» [«букур кыя»] (АКБ: каз. «өткел/өткөл/өткөк» - проход; «бүкір/бүкүр қия» – кривая, изогнутая даль, возвышение, сооружение) (Рашид-ад-дин, т.1, кн.2, стр.8). Однако их правитель Алакус-тегин помог Чингизхану открыв ворота стены (АКБ: исходя из перечисленных районов обитания «монголов» онгутами были открыты западные ворота, а не северные как объясняет официальная история...).
Кереи и найманы говорили на тюркском языке, были родственными племенами и соседями.
По Рашид-ад-дину они кочевали на Алтае, на Иртыше, Тарбагатае, Джунгарии и Чингизтау.
По Абулгазы, до Чингизхана эти горы (АКБ: Чингизтау) назывались «Найман тау».
Их близкими соседями были кыпчаки, канглы, аргыны, коныраты.
Найманы особенно были объединены с канглы и представляли в одно время единое общество на Большом Алтае, Черном Иртыше, Джунгарском Алатау (Рашид-ад-дин, кн.1, стр.136-137).
Их предок Бура-Найман родственен с канглы, которых именовали «яғмаут» (ягма). Их имя Бура-Найман стало прозвищем правителей караханидов.
До образования государства Чингизхана найманы назывались по-тюркски «сегиз» (сегиз ата – восьмиколенные или восьмисоставные). Об этом писали Джувейни (издание Казневи), Н.А.Аристов («Заметки», стр.361) и С.Мураяма.
Джамал Карши (Мулхакат ас-Сурах. ИВ АН СССР, 13514) грозного правителя найманов, управлялвшего Туркестаном, называет Аль-Кучлакасом.
Найманов как «сегиз» называл и Шарафиддин (сегиз - сегизман; аналогично: кыпшак - кыпшакман, канли - канлиман) и упоминал об их красивом письме «сегіздердің жолы» (АКБ: каз. жол – строка, письмо; право, т.е. найманское письмо) (Зафар Наме, стр.103), «сегіздердің әскері» (стр.104; АКБ: каз. әскер – войско, армия, т.е. найманское войско), «сегіздердің шөлі», т.е. Джунгария (стр.178; АКБ: каз. шөл – безводная степь, пустыня, т.е. найманская засушливая степь).
Согласно исследованиям Мураямы (Мигауата, стр.190), прежнее название найманов – сегиз, сегиз ата и что название найман им было дано самими тюрскими племенами.
Мураяма утверждает, что тюркоязычность найманов, кереитов и онгутов очевидна (стр.96-97, 196).
О тюркоязычии найманов (сегизов), кереитов (кереев) и онгутов еще в 19 веке писали Н.А.Аристов («Заметки». Стр.303, 306), Клапрот, а также знаменитые ученые 20 века, такие как Мураяма, чех П.Поуха.
А также советские ученые Л.Л.Викторова (К вопросу о найманах. «Ученые записики ЛГУ». 1961, стр.137-155) и С.Аманжолов (Вопросы». Стр.58).
Согласно их исследованиям, основанным на новых находках писменности на камнях, племена, испытавшие влияние несторианства (айса), а именно найманы, кереи, онгуты и меркиты, писали исключительно на тюркском языке.
Самое удивительное это письмена онгутов, найманов и кереев, найденные на Алтае. Среди которых больше всего онгутских письмен. Все они высечены на камнях на тюркском языке, одинаковым с кыпчакским языком.
Выводы Мураямы (стр.778), если перевести их на русский язык: «Изучение языка несторианско-онгутских эпитафий показывает, что они относятся к языкам кыпчакской группы».
Мураяма слова эпитафий «торбі ташы» называет арабскими. Что вызывает сомнение. Вероятно это казахское выражение «дөрбі тас» - высокий, длинный камень.
Исследователями надгробных эпитафий Алтая, Сибири и Монголии были советские ученые С.В.Киселев, А.П.Окладников, С.Г.Кляшторный.
По наблюдениям Киселева это письмена очень древнейшие «предвосхищающие орхонские надписи».
Самое замечательное во всех многотысячных знаках (тамгах и буквах) на камнях - это ни что иное, как высеченные на камнях следы копыт, рисунки рогов, обозначения светил (восходящего солнца, ночной луны, звезд, выпущенной стрелы, натянутой стрелы, вершины горы, рукояти камчи, топора, луки седла, рогов архара и быка, разных сторон овечьего альчика (асык), глаз, порога и др.
Часть из них найдена при раскопках древнего города Кара-Хото в ближней части Гоби (юго-западный Гоби) советским ученым П.К.Козловым (Монголия, Амдо и Мертвый город Хаара-Хото. М., 1947).
Этот город был построен кереитскими и онгутскими правителями на правом берегу в низовьях р.Езин-Гол. При раскопках в центре города найдены останки храмов несторианского (тарса – икона) (АКБ: каз. тараса – специальные обтесанные бревна, использованные при постройке крепостей: тараса > тараша > тарышы > тарышы керей?) стиля со многими тюркскими письменами внутри (Пигулевская Н.В. Сирийские и сиро-тюркские фрагменты Хара-Хото и Турфана. Советское Востоковедение, 1. 1940, стр.213-234).
По исследованиям ученых найденные в Кара-Хото письмена совершенно одинаковы с сиро-тюркскими письменами Семиречья.
Его населяли кереиты, онгуты, найманы, ойгыры, тангуты.
Согласно Рашид-ад-дину зимовками кереитов были Őркен-корык, Куласын, Őтеген, Кубакия, Őтку-Кулан, Жалаир-Кулан (т.1, кн.1, стр.127, 131).
Найманы, кереи и онгуты подобно хуннам и кыргызам почитали марала. Согласно «Юань-ши», мать кереитского Он хана была страстной охотницей и почитаема в народе. Пр смерти ей был воздвигнут мавзолей, к которому якобы приходил волк, желавший отомстить ей.
Зимовки найманов располагались в верховьях Иртыша – на Алтае, Чингизтау, в Кара-Коруме (Рашид-ад-дин, т.1., кн.1, стр.136-137).
Их орда Хожан Усун (там же, кн.2, стр.147).
Центральная ставка (город, столица) кереитского Он хана находилась на Южном Алтае. Найманские войска убили Он хана именно у этого города, на зимовке Некен-Усун (Рашид-ад-дин, т.1., кн.1, стр.132-133).
Другой их город Őзен-Аймын-Хото (Марко Поло. Пер. Минаева, стр.272).
У соседей намйнов и кереев, у онгутов, также были свои города. Центральным был Онгут-Капка (АКБ: тюрк. капка – ворота) на границе Китая. В нем проживали онгуты и коныраты, подчиненные Он хану (Марко Поло. Стр.94, 278; Рашид-ад-дин, т.1., кн.1, стр.161).
Другим их городом был Тендук (Тендік). Марко Поло: «…Тендук – город на славной равнине, стан Ван-Хана (Тугурула). Сошлись на той равнине Тендук две величайшие рати. У потомков попа Ивана (Ван-Хана) много городов. Главный город называется Тендук. Там живут мусульмане, идолопоклонники, христиане-несториане. Среди них потомки попа Ивана (кереитского Ван-Хана)» (АКБ: несмотря на такие описания и исторические факты официальная история умудрилась расположить Тендук в Приморье близ Кореи и Японии))))).
В нем жили аргыны (аргон), онгуты (уак), кереи, найманы, коныраты, меркиты, ойгыры (АКБ: кстати, в качестве несторианского центра на картах Ортелия Абрахама фигурирует территория, обозначенная топонимом Аргон, расположенная в основании большого полуострова на крайнем северо-востоке Азии(АКБ: Азии ли известной ныне?), вершиной которого является мыс Табын. «Некогда это было царство христиан в Азии именем пресвитера Иоанна (В.Н.Соколов. «Обзор христианского царства»).
Племена, вошедшие в те времена в государство кереев, указаны в казахском богатырском эпосе «Камбар» выражением «Алпыс үйлі арғын, тоқсан үйлі тобыр» (АКБ: шестидесятиплеменные аргыны, девяностоплеменное сборище) (Батырлар жыры, 1963, стр.416).
Потомок Он хана Жор (Георгий) управлял Тендуком (Марко Поло. Пер. Минаева. Стр.86, 94-95, 278). Рашид-ад-дин называет этот город зимовкой в стране онгутов с названием «Кöне» (там же, кн.1, стр.141). Судя по описаниям город находился поблизости к Иртышу.
Город в стране кереев и онгутов отмечен также Махмудом Кашгари как «Хатун Сыны» (қатынның сын тасы тұрған қала; АКБ: город с каменной бабой женщины). Он расположил его на своей карте в Гоби. Сохранился на левом берегу реки Езин (АКБ: приблизительно там же, где и Кара-Хото, т.е. западная окраина Гоби, смежной с Восточным Туркестаном) до сегодняшних дней (Марко Поло. Пер. Минаева, стр.84). Был разрушен в конце 19 века (АКБ: халха монголами?) (Г.Е.Грумм-Гржимайло. «Описание путешествия в Западный Китай», т.2, СПб, 1899, стр.92).
В Кара-Хото были несторианские аббатства, церкви, школы, жилые кварталы (Марко Поло. Предание церкви Иоанна Крестителя (Он-Хана). Пер. И.П.Минаева, 1956. Стр.69. Изд. ЮЛА, 1, стр.183-186).
Найденные в них письмена на шелке, бумаге, на изделиях, написаны на тюркском и сирийском языках онгутами, кереитами, найманами и ойгырами (Пигулевская Н.В. Сирийские и сиро-тюркские фрагменты из Хара-Хото, Турфана. Советское востоковедение, 1, 1940. Стр.220-223; Лесеченко Е.И., Шафрановская Т.К. Мертвый город Хаара-Хото, М., 1968).
На Южном Алтае сохранились развалины города «Акбалык», принадлежавшего найманам и разрушенного в эпоху Чингизхана («Город красивее и больше других Акбулак». Марко Поло, стр.291). Ханы и беки, управлявшие страной из столицы Кара-Корума, охотились здесь, в заповедных местах («корык»») у подножий гор Южного Алтая, являвшихся окраиной страны (Марко Поло, стр.291).
Одним из разрушенных найманских городов был Шамбалык /Чамбалык/ на берегу реки Шам близ Иртыша (АКБ: легендарная Шамбала на Алтае?). В нем проживали найманы, меркиты, онгуты (Бартольд, т.1, стр.272).
Административным и экономическим центром найманов был город Киши-Талас в Джунгарском Алатау (на карте Махмуда Кашгари «Кемi-Талас», у Марко Поло Жингин-Талас, Чингин-Талас, Шинжин-Кала. Стр.272).
Другим городом у найманов был большой город Найман-Суме (Марко Поло, стр.274; А.М.Позднеева. Монголия и монголы).
Город, построенный в несторианском стиле у подножий Джунгарского Алатау назывался Тарса-Кент. Одноименный город (Тарса-Тобе) находился на северной части Каратауских гор, близ Созака.
Близ Алакуля располагался город найманов, бывший карлукским (Рашид-ад-дин, Жами-ат-таварих. Критический текст. А.А.Алиадзе, М., 1980).
Согласно историческим данным до 12 века найманы, канглы, кыпчаки, аргыны кочевали смешанно. Они занимали области Большого Алтая, Иртыша, Черного (Синего) Иртыша, Алакуля, Тарбагатая, Амиль Киши-Таласа.
Хорошо сохранилось название и память о кыпчакском городе Жубаныш-Кала (у Махмуда Кашгари Жубаныш, по казахским шежыре и преданиям Жубан-Ана, у Рашид-ад-дина Ибаныш. Т.1, кн.1, стр.80). Мавзолей Жубаныш из жженного кирпича 8-9 вв. постройки расположен в Жана-Аркинском районе, на правом берегу Сарысу, в 19 веке его исследовал Шокан Уалиханов (Собрание сочинений, т.3, стр.232-233).
Согласно повествованию Махмуда Кшгари многие города в Семиречье, в степи ….Жубаныш (Иванч), были возведены дочерью Тон-Алпа (Афрасиаба) по имени Каз. Ее сын Барыскан назвал возведенный на берегу Иссыккуля город своим именем – Барысхан. Он сын отца Махмуда (АКБ: здесь набор текста непонятен) (Махмуд Кашгари, т.3, стр.424).
В одни времена Балхаш назывался «Каз суы» (АКБ: гусиное озеро, кстати, на форуме я перечислял топонимы и этнонимы из древнетюркских памятников, такие как: Қазлұқ көл, Ертіс, Таңғұт, Сегиз Оғұз, Йола көл и др.).
Многие другие упоминаемые названия, такие как Көмүр тағ – Угольная гора, Йар өгүз – река ...., Ұчұз көл – озеро .... и др. наверняка позже были переименованы (монголами?) и практически не сохранились.). Упомянутая дочь Афрасиаба охотилась на берегах озера на гусей.
Город, расположенный между рекой Чу и безводной степью Жубаныш, назывался Екi-Őгiз (Махмуд Кашгари, т.1, стр.91).
Путешественник 13 века Рубрук называет его Эквиусом.
Писавший позже Махмуда Кашгари Рашид-ад-дин располагает город Жубаныш (Ибанш) с северной части Балхаша, который у него также «Каз» (Махмуд Кашгари, т.3, Ташкент, 1963).
По казахским преданиям это город Жубаныш-Ана, останки которого впервые были исследованы экспедицией А.И.Шренка. По свидетельству геодезиста экспедиции Нифантьева, развалины города находятся в южной части Сарысу, в 25 км. Юго-западнее реки Моинты (АКБ: ныне есть одноименная ж/д станция на северо-западном берегу Балхаша), в логу Егенды-Булак. Здесь расположен «Огромный Курган» из необожженного кирпича с многочисленными бойницами. Построен для отвращения нападения врага» (Архив АН СССР, д.317, Оп.1, ; 48/Нифантьев. Описание южной части Киргизской степи. 1843).
Одним из знаменитых городов кыпчаков и канглы в Центральном Казахстане был город Кара-Корум в нижнем течении реки Тургай. О нем писали Джувейни и Рашид-ад-дин (там же, т.1, кн.1, стр.80-81), Шарафуддин Иязди (Ташкент, 1972, 17 б. 18 а). Бежавшие от Чингизхана в 1218 году с Иртыша меркиты (из улуса кереев) укрылись в этом городе. Меркиты были истреблены у реки Кайдаул (Джувейни. Издание Казневи, т.2, стр.102; Бартольд, т.1, стр.435-436) (АКБ: смешно, но факт – официальная история располагает меркитов на территории современной Бурятии, представьте их бегство до Тургая или более 3000 км.))))).
По свидетельству Джувейни, Жошы (Джучи) после покорения Отрара стал на отдых в столице Кара-Корум на Тургае (Бартольд, т.1, стр.482).
Очень вероятно, что многочисленные рисунки, письмена и тамги, сохранившиеся в этих местах – по течениям рек Буланты, Байконур, оставлены битикчи и абызами (АКБ: писарями, грамотными письму людьми) – жителями Кара-Корума.
Из всех кыпчакских городов Центрального Казахстана Рашид-ад-дин больше всего слов посвятил городу Кыр-Кала (Рашид-ад-дин. Критический текст. А.А.Алиадзе, 2, 1).
Шарафуддин Иазди упоминает другие кыпчакские города: Турғу-Балык, Ала-Шаһир, (Тогузлук) Қара-Шаһир (стр.425), Мау-Балық (57а), Аязлық (стр. 421, 425), Төре-Құрған (243), Кереит-Қала (60), Сұр-Қала (307а), Карачык (157а, 210а), Карасман (Қараспан), Орда-Базар (396).
По Махмуду Кашгари, большим торговым центром кыпчаков севернее Каратау был город Кенжен-Сенгир (МК, стр.444), их правителей называет «Орда басы» (1, стр.445), другим городом называет Хордадбек.
На эпитафии Уюк-Тарлак, исследованной С.Е.Маловым есть строка: «Алты бағ будун». В казахском шежыре и преданиях это выражение, термин сохранился в форме «алты ата», «алты алаш», «алты сан улыс».
По сохранившейся у меня старинной рукописи: «От одного предка произошли шесть племен, которые потому и названы как шестисоставные или шестиплеменные алаши» («Насаб Наме-и Казак»). О существовании данного выражения у древних тюрков говорят и китайские аналы во французском переводе.
Впервые название «Алаш» было использовано уйсунями – когда в .... веке на Семиречье напали жуани, уйсуни объединили множество племен, которое обощенно назвали «Алаш». При передаче этого слова иероглифами .... (АКБ: пропуск у автора) не совсем ясно что это уйсуни (Н.В.Кюнер. Китайские известия, стр.95).
О названийй уйсуней как «Алас» зафиксировано и во времена Кара-китаев (Ляо, 12 век).
Каменные эпитафии с письменами на равнинах Алтая и Джунгарии, как указано выше, принадлежат в основной своей массе кереитам и онгутам, о чем свидетельствует также непременно присутствующая на них тамга в виде креста (Малов, 14, 16-17).
Как может удостовериться сам читающий, при описании так называемых монгольских племен и событий, связанных с Чингизханом, не упомянуто или не затронуто ни единого топонима на территории современной Монголии, АРВМ и Бурятии!
Повсюду описание районов так называемого (назову его так ) "Географического корридора многовековых миграций тюркских племен с востока на запад", в принципе соответствующего "Великому шелковому пути" или равнинному корридору между двумя великими горными системаи - Алтая и Тянь-Шаня:
Путь шёл всегда, имхо, следующим образом (Иртыш никогда не пересекался, а Алтай с севера по Кулунде не огибался!):
1) Южная Сибирь/Монголия/Северо-Западный Китай -
2) Тангут/Онгут/Западные окраины Гоби и Южная оконечность Алтайского хребта -
3) Восточный Туркестан/Верховья Иртыша/Джунгария/Тарбагатай/Эмиль и Кобук -
4) Джунгарские ворота/Алакуль/Балхаш/Зайсан/Семиречье
5) и далее..
По моему мнению, кто владел этим корридором, а конкретно самым узким в нем "перешейком" (район Джунгарских ворот), тот и правил балом во все времена и у всех тюркских родов.
Имхо, потому и коренной юрт и орды Чингизхана, Октая и их преемников располагались здесь же!
Не говоря уже о сакских курганах в этих районах, древних уйсунях, собственно тюрках, огузах, древних кыпчаках-кимаках, караханидах, карлуках и мн. других!
Через него проник в западный регион, имхо, монголоязычный компонент тех событий- ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ в 12 веке это китаи или кара-кытаи (кидани) как западная ветвь шивэев, мохэ и амурских чжурчжэней (по-тюркски и по казахски "қытай" и "шүршүт"), а позже джунгары вперемешку с омонголенными тюркскими остатками племен или "калмак"...
Уверен, что даже многие события хуннского времени и периода кёк-тюрков логично свяжутся с этим этно-географическим "КОРРИДОРОМ"!!!!
Морин хур
Попытаюсь поставить точку в этом споре. Тюркская юрта в источниках: Вторая пол. 9 века - у Аль-Якуби. Китаб-ал-Булдан ШИТ, т.1, М.-Л., 1939, стр.50. Первая пол. 10 века (922 год) - у Ибн-Фадлана. Извлечение из "Записи". Материалы по истории туркмен и Туркмении (МИТТ). Т.1. М.-Л., 1939, стр.65: "Я находился целые дни в куполовидной тюркской юрте из войлока". Стас, приведенные Вами упоминания о киданьских юртах на 2 века позднее.
