Rust

Археологи из Научно-исследовательского института культурных реликвий и археологии Чунцина (Китай) во время исследования древней гробницы на юго-западе страны достали из раскопа таинственный набор прямоугольных деревянных листов. Изучение артефакта показало, что это первый случай, когда в захоронении обнаружен астрономический календарь на подписанных пластинах. Находке около 2000 лет, как и гробнице, которая удивительным образом хорошо сохранилась и, несмотря на богатство, не была разграблена. Раскопки проходили в районе Улун (муниципалитета Чунцин) примерно в 1400 км от Пекина. Всего было обнаружено 23 деревянных пластины 2,5 см в ширину и 10 в длину: каждый такой «лист» подписан китайским иероглифом. Эксперты определили, что это циклические знаки из десятеричного цикла «Небесные стебли» и двенадцатеричного «Земные ветви», которые были созданы во времена правления династии Шан (1600-1045 гг. до н. э.) и используются в Азии для летоисчисления в качестве астрономического календаря. По круглым отверстиям на краю каждой пластины видно, что когда-то они были соединены между собой. Пока точно неизвестно, как этот набор мог функционировать в качестве «небесного календаря», говорят эксперты. Но ученые предполагают, что в то время как один из деревянных листов мог показывать текущий год, остальные 22 использовались для указания любого другого конкретного года в древнем календаре, и выделялись, когда становились актуальными. Подобная практика существовала в даосском храме в китайском городе Сучжоу, только вместо пластин были статуи. Хотя календарь Тяньган Дичжи является общепринятым, деревянные таблички с календарными пометками, найденные в гробнице, необычны и важны как первый и единственный известный пример такого рода надписей на подобного рода объектах. На удачу археологов, в нетронутой гробнице ко всему прочему оказался список всех предметов, которые были захоронены в ней, и указан год, когда она была построена — 193 г. до н. э. Это значит, что захоронение относится к эпохе династии Западная Хань (206 г. до н. э. — 9 год н. э.), которая входит в так называемый «золотой век» культуры и истории Китая, когда были установлены многие главные традиции. Кроме небесного календаря на деревянных пластинах, в гробнице обнаружили более 600 других артефактов: лакированные чаши, шкатулки, кувшины и тарелки, бамбуковую посуду, музыкальные трубы, копья и кухонные треноги из меди, деревянные статуэтки, керамические и бронзовые предметы. Все это было дорогими вещами и говорит о богатстве и особом статусе похороненного в этой гробнице человека. https://www.vokrugsveta.ru

Раньше считалось, что эти печи появились в древнетюркскую эпоху в VI–X вв. нашей эры, однако радиоуглеродный анализ показал, что они возникли на 300 – 400 лет раньше – в III–IV вв. нашей эры, то есть еще до того, как сложился Тюркский каганат. Это открытие кардинально меняет представление о развитии древней металлургии. Археологи ТГУ при поддержке гранта РНФ "Генезис черной металлургии в Южной Сибири" изучают, кто, когда и каким именно способом стал добывать железо на Алтае и в Шории. Первая часть проекта – исследование древних железоплавильных печей Горного Алтая (Россия). Всего там было открыто 15 печей кош-агачского типа – это крупнейшие для того времени печи во всей Центральной Азии. Исследования велись в 1970 – 1980-х годах, и тогда их появление связали с первым Тюркским каганатом. После этого больше 40 лет на территории Горного Алтая исследования по археометаллургии железа не велись. В 2018 году археологи ТГУ провели раскопки древних мастерских по выплавке железа на берегу реки Куяхтанар. Для обнаружения печей и рудных выработок ученые использовали аэрофотосъемку и магнитную разведку. Именно с помощью магнитной разведки была обнаружена печь прекрасной сохранности, что впервые позволило полностью восстановить конструкцию и понять древнюю технологию выплавки железа. "Проведенная работа позволила провести переоценку дат возникновения печей данного типа на Алтае. Радиоуглеродные даты показали, что печи кош-агачского типа появились уже в III-IV вв. нашей эры. Очень похожие печи встречаются позднее в Юго-Восточной Азии, – рассказал руководитель проекта, сотрудник лаборатории социально-антропологических исследований ФИПН ТГУ Евгений Водясов. – Это переворот представлений о развитии металлургии. Раз такие сложные и производительные печи появились на Алтае раньше, чем в Юго-Восточной Азии, то теперь нужно переосмысливать существующие представления о распространении технологий. В этом нам могут очень помочь исследования на пограничных российскому Алтаю территориях Монголии, Казахстана и Китая". В печах кош-агачского типа можно было получить за одну плавку железную крицу весом около одной тонны. Для сооружения печи использовалось 1500 кг глины и каменные плиты весом 1200 кг. "Мы изучили подземную камеру и наземную часть печи, где происходил процесс восстановления железа из руды. В этом году будем искать место, где обрабатывали полученную крицу, и надеемся найти кузницу", – пояснил Евгений Водясов. Результаты своей работы томские ученые представили на международной конференции Archaeometallurgy in Europe в Мишкольце (Венгрия). Доклады томских ученых получили высокую оценку и вызвали оживленную дискуссию. Несколько зарубежных лабораторий предложили им рассмотреть возможность совместных проектов. tsu.ru

Человечество с начала своего существования старалось урегулировать свою жизнь в зависимости от изменяющихся географических и природных условий. Природные условия, а точнее сказать времена года, имели особую значимость. Наличие или отсутствие гор, озер, долин, рек и растительного мира заставляли людей подстраиваться под реальные природные условия, таким образом, они знали, на каких животных и когда можно было охотиться, или какие растения съедобны. Опять-таки, такие природные явления, как цветение растений, таяние снега, размножение животных, происходящие в строго определенные периоды года, привлекали внимание людей, способствовали формированию понятия времена года и стали важными элементами в создании природного календаря, ориентируясь на который люди могли и научились предпринимать меры защиты от таких чрезвычайных природных явлений, как сель, засуха и т.д. После приведенной информации хотелось бы понять, как образовались названия времен года у тюркских кочевых племен. Чтобы определить, какие факторы повлияли на наименование и классификацию времен года, необходимо, в первую очередь, установить, какие периоды года были обозначены в то время. Сначала необходимо выяснить толкование словосочетания "время года": на кыргызском языке "время года" звучит как "мезгил", на турецком - "mevsim". Значение понятия в обоих словарях одинаковое: 1. "Время года - это сезон и период, в котором в течение года имеется солнечное тепло и в котором присутствует разница природных явлений". 2. "Время, в котором отмечаются некоторые природные явления". 3. "Период, в котором засевают любые посевы и в котором получают урожай". 4. "Период или сезон эффективности чего-либо". 5. В переносном смысле "Период жизни, существования" (Turkce… s. 1017). Известно, что времена года были важным фактором в определении образа жизни кочевого народа. Они перемещались с одного места на другое в определенное время года, в итоге они давали названия этим местам. Существовало два понятия: "yaylak" (пастбище) и "kışlak" (зимовка, кишлак). Кишлак, по-кыргызски "кыштак", там кочевники проводили зиму (Hikari Egawa, 2007. S.89). Кочевой народ переселялся в кишлаки (kışla) после окончания летнего периода на "Yayla" (на кыргызском языке - жайлоо) в середине или в конце осени (на кыргызском күз, на турецком Sonbahar) (İlhan Şahin, s.257-258). Древние тюркские племена делили времена года на периоды: теплые и холодные. В настоящее время в различных регионах Анатолии культура кочевников сохраняется по сей день. Например, в селе Yukarı Karacahisar год делится на два периода, на лето и зиму. Данные периоды длились по шесть месяцев. Зима начиналась с десятого месяца и продолжалась по четвертый месяц, а с пятого месяца говорилось, что лето пришло, при наступлении августа считалось, что наступили холода (Gurbuz Erginer. 1984, S.55). По данным В.Гордлевского, можно отметить, что времена года у кочевников Анатолии делились на жаркие (теплые) – весна, лето, и холодные, осень, зима (Гордлевский, с. 89). Наиболее важным является вопрос возникновения данных терминов в кыргызском и турецком языках с учетом фонетических особенностей и развитием значений. Слова жаз и жай произошли в результате замены согласных й, с и гласной а. А холодные времена года кыш поделены на два сезона: на зиму (кыш) и на осень (күз) (Сейдакматов, с.5б). Этот же автор отмечает, что ранее выражения күз (осень) и кыш (зима) использовались вместе. Например, в кыргызском языке используются следующие выражения : "кыш күрөөдө" и "күз күрөөдө" (это означает, зима и осень на пороге), а выражения "жаз күрөөдө" или "жай күрөөдө" (весна и лето на пороге) не используются. Интересно выяснить этимологию слова "күрөө". В монгольском языке слово "күрөө" (өн) обозначает "моюн" (шея). Согласная "р" (r) в слове "күр" сменилось на согласную "з" (z), тем самым, образуя слово "күз". Но в слове "күр" (өн) согласная "р" (r) не опустилась и согласная "н" (n) заменилась гласными буквами "ө" (o), таким образом образовалось слово "күрөө". Соответственно, кыргызы холодное время года назвали "кыш күрөөдө", а осень "күз күрөөдө". Здесь видно, что слово "күз" используется в значении "моюн" (Сейдакматов, с.5-6). Например, если весной выпадает много снега или холода длятся долго, то говорится "быйыл кыштын мойну узун болду", и наоборот, если весна наступила рано, то говорилось "кыштын мойну кыска". А. Каргалдаева (С. 37) согласна с мнением К. Сейдакматова о том, что этимология слов "кыш" и "күз", обозначающих холодные времена года, произошли от слова "күрөө" из монгольского языка, означающее слово "моюн" (шея). Считаю, что это вполне обоснованно. С самых ранних летописей турецкого языка и до XIII века можно отметить следующие времена года: yaz, yay, kuz (guz) и kış (Zafer Onler. 2003. S. 71). В Орхоно-Енисейских надписях мы видим, что времена года делятся на: kışın (BK, G 2), yay (BK, B 3), yayın (BK, E 39), yaz (KT, K8, BK, E 31), yazın (BK, G2). Зафер θнлер (Zafer Onler) основываясь на книге Талата Текин (Talat Tekin) "A Grammer of Orkhon Turkiс" отмечает, что слово "yay" было изменено как "yaz" (лето); а слово "yaz" было изменено как "ilkbahar" (весна). Кстати, в памятниках Орхонской письменности слово kuz (guz-осень) не использовалось. В современном турецком языке слово весна обозначается "ilkbahar". Слова "ilkbahar" (весна) и "sonbahar" (guz-осень) начали использоваться после переселения турков в Анатолию. Слово "bahar" в Анатолии начало использоваться согласно З. Онлеру (Z.Onler. 2003. S. 72) в XIV веке, согласно S. G. Clauson’a (С.Г.Клаусона, с. 980) в XV веке. В книге "Muntahab-ı Şifa" З. Онлера (Z.Onler) приведены следующие данные о временах года: Слова "ilkbahar" и "sonbahar" образовались от персидского слова "bahar" при помощи приставок "ilk" и "son". "ve bigil ki yıl dort fasıldur. Evvelki fasıl ki bahardur ikinci fasıl ki yaydur ucunci fasıl ki guzdur dordunci fasıl ki kışdur" (Z.Onler, 1990. S.2a/11-2b/3). В современном кыргызском языке слово "жаз" (весна) обозначает период времени между зимой и летом, а вернее, период с 20-21 марта, когда день и ночь равны, и до 21-22 июня самого продолжительного дня (Кыргыз…. 1976. С. 486-б). Летний период начинается с 21 июня и продолжается по 23 сентября, это жаркий период, который находится между весной ilkbahar и осенью sonbahar. Кыргызское слово "жай" является синонимом турецкого слова "yaz". Слово "yay" в современном кыргызском языке было фонетически видоизменено: согласная й изменена на ж (й≥ж). В современном турецком языке слово "yaz" (лето) используется в кыргызском языке как весна (ilkbahar) и произносится как "жаз". Если рассматривать исторические источники, то можно отметить тот факт, что слова "yay" и "yaz" являлись синонимами, а иногда даже взаимозаменяли друг друга. В Орхоно-Енисейских надписях отмечено, что слово "yay" также использовалось как "yay" и "yaın". Клаусон отмечает, что слово "yay" пишется как "ya:y" через долгую гласную и используется как "yaz" и "bahar", но его основой смысл это - "yaz" (лето) (Clauson, s.980). Факт, что слова "yaz" и "yay" используются одновременно, можно увидеть в книге "Divani Lugat’t-Turk". Например: "Kuz keligi yayın belguluk." (III./160). "Kuz keligi yazın belgurer" (II. 172) Yay yaruban erguzi /Aktı akın munduzı Togdı yaruk yulduzı/ Tıŋla sozum kulgusuz (I./96) (Когда уходила весна, таявший снег тек как сель, в небе зажглась звезда, слушай меня не смеясь). Kış yay bile tokuştı / Kıŋır kozun bakıştı Tutuşgalı yakıştı /Utgalımat ugraşur (I./170) (Besim Atalay, s. 13). (Зима боролась с весной, они смотрели друг на друга со злостью и приближались к друг к другу, чтобы схватить и выиграть). Как видим, основными временами года являются зима (kış) и лето (yaz), а весна (ilkbahar) и осень (sonbahar) являются промежуточными. Из издания "Kutadgu Bilig" мы видим, что слово "yay" означает лето (yaz), а слово "yaz" означает весну (ilkbahar) (Reşid Rahmeti Arat, 1979). Yıl ulgi yaz erse kicig erse er Kızıl korse borca yagız korse yėr (6007). (Весной, если человек молод, то он все видит в красном цвете, как вино, а землю он видит в темном цвете). Yıl ulgi yay erse tuşegli yigit Sarıg al tuşese ya kurkum ogit (6009). (Летом, если человек молод видит желтый и розовый шафран, или что-то молотое.). Осень (guz, sonbahar) - это период с двадцать второго сентября по двадцать первое декабря. В современном кыргызском языке слово "күз" на турецком языке "guz" означают "осень", но в турецком языке этот период обозначается и как "guz" и "sonbahar". Эти слова являются синонимами. Зимний период длится с двадцать второго декабря по двадцать первое марта. В современном кыргызском и турецком языках слова "kı .", "кыш" звучат одинаково и имеют одинаковое значение (зима). Взгляды по поводу образования слова "kı ." очень разные. Например, слово "kı ." на чувашском языке звучит как "хыш" и означает "арт", "арткы". Из вышесказанного можно прийти к следующим выводам: 1. В кочевой культуре времена года делились на два периода: "yaz" (лето) и "kı ." (зима). Год делился на холодное и теплое время года (время года –на кыргызском "мезгил"), и каждое время года длилось по шесть месяцев. Использовались такие выражения как "yay" и "kı .", а промежуточные времена года как весна и осень (ilkbahar, sonbahar) ранее назывались "yaz" и "guz". 2. Слово "bahar" в турецкий язык перешло из персидского и стало использоваться с приставкой "ilk" и "son" как "ilkbahar" (весна) и "sonbahar" (осень). Слово "yay" было полностью забыто, а вместо него стало использоваться слово "yaz". 3. Слова "жаз", "жай" произошли от слова "йас". А слова "кыш" и "күз" (guz) произошли от монгольского слова "күрөө", значение которого "шея" (моюн - boyun). 4. В современном кыргызском языке слова "жай" (лето) на турецком языке звучит как "yaz", а кыргызское слово "жаз" (весна) на турецком звучит как "ilkbahar". 5. На кыргызском и турецком языках слова "kış-yaz" (кыш-жай), "ilkbahar- sonbahar" (жаз-күз) являются антонимами. Источник: http://akipress.org Список литературы Гордлевский В. Материалы для османского календаря "Живая старина" СПб. 1911. Вып. 3-4. Каргалдаева А.А. Кыргыз тилинде мезгилдик (темпоралдык) маанини туюндуручу тил каражаттары. Автореф. дис. Бишкек. 2003. Кыргыз совет энциклопедиясы. Ф., 1976. Сейдакматов К. Кыргыз элинин календардык түшүнүгү. Ф., 1987. Besim Atalay. Divanu Lugat-it-Turk, C. I, II. Baskı, Ankara 1985. Clauson G. An Etymological Dictionary of Pre-Th irteenth-Century Turkish, Oxford 1972. Gurbuz Erginer. Uşak Halk Takvimi Ve Meteorolojisi, TT K Basımevi, Ankara, 1984. Hikari Egawa, İlhan Şahi. Yağcı Bedir Yorukleri, İstanbul, 2007. İlhan Şahin. Osmanlı Doneminde Konar-Gocerler, İstanbul, 2006. Reşid Rahmeti Arat. Kutadgu Bilig III, İndeks, (Yayıma Hazırlayanlar: Kemal Eraslan, Osman F. Sertkaya, Nuri Yuce), Ankara 1979. Turkce sozluk, c. II: Ankara, 1998. Zafer Onler. Muntahab-ı Şifa I. Metin, Turk Dil Kurumu, 1990. Zafer Onler. Turkce Mevsim Adları, I. Edirne Kultur Araştırmaları Sempozyumu 23-25 Ekim 2003. Материалы Международной конференции "Культура номадов Центральной Азии".

Оригинальная версия: // Монгольские языки: история и современность: Материалы международной научной конференции, Санкт-Петербург, 21–23 октября 2013 г. / Отв. ред. П.О. Рыкин. — СПб.: Нестор-История, 2013. — C.106-111 С. 106 Безусловно, Монгольская империя наследовала традиции политической культуры предшествовавших ей древнетюркских империй. Задача данного доклада – показать те свидетельства значительного участия тюркоязычных сообществ в формировании Монгольской империи и ее элиты, которые нашли отражение в политической культуре. На двусоставность правящей элиты монгольской империи указывают уже имена ее первопредков, которые репрезентируют две различные этнические компоненты – тюркскую и монгольскую: Бортэ-Чино и Гоа-Марал. Следует заметить, что в именах первопредков Бортэ-Чино – Гоа-Марал первая часть передает наименование животного на родном языке, тогда как вторая – на языке брачного партнера: Бортэ – ‘волкʼ в тюркских языках, Гоа – ‘оленихаʼ в монгольском (тунгусо-маньчжурских) [Крадин, Скрынникова 2006: 187]. Соответственно, Бортэ-Чино означает ‘Волк-Волкʼ, а Гоа-Марал – ‘Олениха-Маралухаʼ, причем составная часть имени Гоа маркирует жен-монголок, как и в следующих именах: Борджигидай-Мэргэн – Монголджин-Гоа, Желтый пес – Алан-Гоа. 1. Этноним борджигин встречается в "Тайной истории монголов" (далее ТИМ) трижды: дважды в имени Борджигидай-Мэргэн [Rachewiltz 1972: 13], эпониме, который означает ‘Мэргэн – владыка (досл. ‘который владеетʼ) борджигиновʼ, и еще один раз – в связи с Бодончаром, который называется "владыкой родов, составляющих общность борджигин" (монг. Bodoncar borjigin oboqtan bolba [Ibid.: 20]). Но женой Борджигидай-Мэргэна была Монголджин-Гоа. Поскольку в качестве брачных партнеров выступают представители кланов борджигин и монгол, а браки в монгольской средневековой среде были экзогамными, то можно констатировать невозможность включения группы борджигин в состав монголов. Напротив, это две разные группы. Если сторона женщин маркируется именем монгол и сопутствующими ему этнонимами, то брачные партнеры мужчины – рядом других этнонимов. Можно расширить семантический ряд известных пар: тайджиут – монгол = нукуз – кият С. 107 = борджигин – монгол = борджигин – кият = мужское – женское = Бортэ-Чино – Гоа-Марал, т.е. архетип сохраняется во всех парах. При этом первый компонент пары принадлежал тюркоязычной общности: тайчи, бор (‘серыйʼ) – ‘волкʼ в тюркских языках. Можно вспомнить также, что в десятом поколении мы обнаруживаем супружескую пару Хорилартай-Мэргэна и Баргуджин-Гоа, в которой мужской эпоним выступает как маркер тюркоязычной общности (хори), а женское имя указывает на монгольское происхождение (баргу), что позволяет говорить о двухчастности ядра общности, разросшейся впоследствии до размеров Монгольской империи. 2. Достаточно известна связь монгольских терминов с тюркским социально-политическим лексиконом. Я бы хотела обратить внимание на этнопотестарную характеристику группы, пришедшей с Хорилартай мэргэном (tede bölök irgen ber kölbarqujin-tögüm-ün ejen barqudai-mergen-nü ökin barqujin-go’a neretei ökin-ni qori-tumad-un noyan qorilartai-mergen-ne ökdeksen aju’u) [Rachewiltz 1972: 14]. 2.1. Привлекает внимание различие титулатуры в обозначении правителей разных этнических групп: eǰen у баргу и noyan у хори-туматов, что может обусловливаться как подчеркиванием их различных функций (впрочем, это невозможно определить на основании имеющихся фактов), так и их этно-культурными и языковыми различиями. То, что позже (в хронике XVII в.) Хорилартай-мэргэн обозначается как eǰen [AT 9], позволяет предположить идентичность значений обоих титулов. 2.2. На мой взгляд, Баргудай-Мэргэн отмечается как владелец köl-barqujin-tögüm – линиджа, являвшегося той частью баргу, которая проживала около озера (тюркское обозначение – köl)[Подробнее см. Скрынникова 1993]. Слово tögüm, попавшее в тюркские языки из иранских, означает ‘семя; зерно; род, племя, потомствоʼ [СИГТЯ 1997: 116], что синонимично слову uruγ, а аффиксом -ǰin образуется прилагательное от имени barqu. Его связь с монгольским миром подтверждает и наличие данного термина в калмыцком языке: С. 108 Калм. toxm ‘Rasse, Herkunft, Stamm; Nachkommenschaftʼ (KWb 397b), совр. калм. toxm ‘породаʼ (Мун. 510), ойр. Синьцз. toxom ‘род, поколение; происхождениеʼ (Тодаева 335); – тюрк., ср. каз. tuqïm ‘зерно; потомки; семья; семена; плод; потомство; поколение; порода; родʼ, кир. tukum ‘семя, семенаʼ, тат. tokïm ‘порода; потомство, потомокʼ [Kempf 2012: 144]. 2.3. Обращает на себя внимание упомянутое в ТИМ слово bölök, которое я также перевела как ‘линиджʼ Хорилартай-мэргэна [Это очень показательный пример вероятного сохранения в языке хори данного слова. Как видим, Хорилартай-мэргэн – глава части хори, в то время как рукопись Вандана Юмсунова – это хроника, отмечающая историю одиннадцати хоринских родов]. На мой взгляд, подобную интерпретацию позволяет предложить синонимичность bölök и uruγ, сохранившаяся в бурятской традиционной культуре. Вандан Юмсунов, автор летописи, пишет, что хори хоорондо обог обогоор гу. Али яhаар болон бүлэг айлнуудаар хамтаран нийлэгэд ‘между собой объединялись в роды, или в кости и в группы аиловʼ (пер. мой. – Т.С. ) [БТБ 75]. Здесь мы видим следующую структуру: хори (племя) – роды (обог обогоор) – линиджи (яhаар = бүлэг айлнуудаар, что аналогично уруг). 3. Я думаю, что дополнительным свидетельством тюркской этноидентичности борджигинов является расшифровка имени Бодончар, который называется родоначальником этой этнической группы. Известно, что он был младшим сыном Алан-Гоа. Имя Бодончар состоит из двух частей: первая часть означает ‘дикий кабанʼ [Rachewiltz 2004/1: 260], значение же второй части -чар, на мой взгляд, представляет собой иное написание известного в Тюркском каганате титула/звания чор [Обсуждение моей точки зрения на формант -чар в связи с публикациями П.О. Рыкина о значении суффикса -чар/-нчар [Рыкин 2009; Rykin 2010], с которыми я в основном совершенно согласна, не представляется возможным из-за ограничения объема настоящих материалов]. С.Г. Кляшторный пишет, ссылаясь на Э. Шаванна: "Восточная сторона называлась пять племен дулу, во главе которых были поставлены пять великих чоров" [Кляшторный, Савинов 1994: 19]. Из дальнейшего текста С.Г. Кляшторного о реформах Ышбара Хилаш-хана 634 г. следует, что иркины и чоры являлись племенными вождями [Там же: 23]. C.109 Все это позволяет, на мой взгляд, предположить, что Бодончар (Бодон-чор), младший сын Алан-Гоа, являлся вождем одного из племен (групп) тюркоязычной политии тайджиутов – борджигинов. Если вспомнить, что титул связывался с восточным, т.е. левым крылом, принадлежавшим младшему, то можно предположить, что Бодончар как младший сын наследовал коренной юрт – сакральный центр общности. Подтверждением моего предположения о том, что морфема -чар может быть монгольским вариантом тюркского титула чор, служат материалы источников, в которых встречаются имена, содержащие этот формант. Примечательно, что люди, их носившие, как правило, принадлежали к восточному крылу, так как были младшими в линидже. Хотя формант -чар использовался в именах не только в качестве маркера статуса младшего сына, все-таки данные источников позволяют отметить эту тенденцию как преобладающую. Материалы, приведенные в данной публикации, демонстрируют, сколь актуальным было участие тюркского субстрата в сложении ядра Монгольской империи. Список сокращений БТБ – Буряадай туухэ бэшэгуудэ (Бурятские исторические хроники) / Сост. Ш.Б. Чимитдоржиев. Улан-Удэ, 1992. СИГТЯ 1997 – Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков: Лексика / Отв. ред. чл.-корр. РАН Э.Р. Тенишев. М., 1997. ТИМ – "Тайная история монголов" [Rachewiltz 1972]. AT – Altan Tobči: A Brief History of the Mongols by bLo-bzań bsTan-‘jin, with a Critical Introduction by The Reverend Antoine Mostaert, C.I.C.M., Arlington, Virginia, and an Editor’s Foreword by Francis Woodman Cleaves, Associate Professor of Far Eastern Languages, Harvard University. Cambridge MA, 1952. (Scripta Mongolica; 1.) Библиография Кляшторный, Савинов 1994 – Кляшторный С.Г., Савинов Д.Г. Степные империи Евразии. СПб., 1994. Крадин, Скрынникова 2006 – Крадин Н.Н., Скрынникова Т.Д. Империя Чингис-хана. М., 2006. Рыкин 2009 – Рыкин П.О. Об этимологии терминов родства с суффиксом .čA(r~g) ~ .nčA(r~g) в монгольских языках // Алгебра Родства. Родство. Системы родства. Системы терминов родства. СПб., 2009. Вып. 12. С. 195–207. C.110 Скрынникова 1993 – Скрынникова Т.Д. Этнотопоним Баргуджин-токум // История и культура народов Центральной Азии. Источниковедение: Сб. ст. Улан-Удэ, 1993. С. 41–50. Kempf 2012 – KempfB. Kalmyk – Semantical Categories of Turkic Elements in Kalmyk // Oirad and Kalmyk Linguistic Essays / Ed. by Á. Birtalan. Budapest, 2012. P. 134–162. Rachewiltz 1972 – Rachewiltz I. de. Index to The Secret History of the Mongols. Bloomington, 1972. (Indiana University Publications: Uralic and Altaic Series; Vol. 121.) Rachewiltz 2004 – The Secret History of the Mongols: A Mongolian Epic Chronicle of the Thirteenth Century / Transl. with a Historical and Philological Commentary by I. de Rachewiltz. Leiden; Boston, 2004. Vol. 1–2. (Brill's Inner Asian library; Vol. 7/1 –2.) Rykin 2010 – Rykin P. Towards an etymology ofMiddle Mongolian Bodončar ~ Bodančar // Mongolo-Tibetica Pragensia ’10: Ethnolinguistics, Sociolinguistics, Religion and Culture. 2010. Vol. 3, № 1. P. 105–122.

© Г.Г. Левин Рунические надписи Тибета. В декабре 2000 и в сентябре-октябре 2001 гг. этнографическая экспедиция, организованная международным фондом "Лена-Евразия" (Республика Саха-Якутия) проводила исследовательские работы на территории Тибета. Основной целью данной экспедиции было изучение фольклора, культуры коренных наро-дов и установление их взаимосвязи с тюркским миром. В этой связи в задачу исследования был включен вопрос поисковых работ на территории Тибета тюркской рунической письменности. В общей сложности в течение 50 дней экспедиция посетила многочисленные музеи, храмы, могильники, священные места, проводила поисковые работы на скалах Манасаровара, Брахмапутры, в Трансгималаях, Кайласе. В конечном результате было обнаружено множество руноподобных знаков и несколько фрагментарных рунических надписей в Лхасе и в могильнике тибетских царей, который находится недалеко от местности Хампа-Ла. Руноподобные знаки и надписи Поталы Главная святыня тибетского буддизма - Потала, дворец резиденция Далай-ламы, находится в городе Лхаса ("Страна небожителей"). Дворец стоит непода-леку от реки Кичу ("Счастливая река") на склоне высокого холма, носящего название Марбори ("Красная гора"). Название "Потала" на санкрите означает "гора Будды". Внутри этого огромного здания более 1000 (по некоторым данным 999) разных комнат, где укрыты 10 000 святынь и не меньше 20 000 статуй. По преданию на этом месте раньше стоял дворец Сонгтзен Гампо, буддийского правителя Тибета VII века. При нем был основан большой храм Джоканг, на месте которого по приказу Далай-ламы V спустя столетия был возведен Потала. Когда в 1682 году он умер, строительство еще не было завершено. О кончине Далай-ламы V умалчивали вплоть до 1694 года, когда, наконец, дворец был выстроен. Потала была зимней резиденцией Далай-ламы до 1959 года, пока нынешний Далай-лама XIV не эмигрировал в Индию. Теперь здесь основан музей. В основной части здания имеются правительственные помещения, комнаты обслуживающего персонала, состоявшего из монахов, в отдельности так-же существуют комнаты для медитации, библиотеки, оружейные палаты, карцер, кладовые. Здесь можно посетить гробницы Далай-ламы V и его преемников. В Потале наша группа попала после полудня. Тибетские гиды заранее предупредили нас, что мы не должны открыто заниматься исследованием, а также съемкой в запрещенных местах. Посещение Поталы длилось почти 3 часа. В это время мы бегло осмотрели стены, полы, потайные помещения, изучали настенные рисунки, узоры. При выходе из Поталы на ступеньках лестницы правого крыла мы обнаружили различные узоры и руноподобные знаки. Общая длина центральной лестницы более 100 метров, а ширина 6-7 метров. Верхняя площадка лестницы настелена множеством камней различных размеров, где обычно присутствуют своеобразные узоры, кривые и прямые линии. На ступеньках нижних лестниц имеются отдельные графемы арамейского, хананеейского и согдийского алфавитов, а также неизвестные знаки-рисунки сакрального содержания. На больших плитах обычно присутствуют непонятные узоры, в основном это квадраты, ромбики, кружочки, палочки, треугольники. На поверхностях камней наименьших размеров и на стелах наблюдаются руноподобные и тамгообразные знаки [см.: рис. 1]. На некоторых камнях, поверхность которых заметно отличается от других, четко начертаны разные свастики и непонятные знаки, очень похожие на якутские узоры. Необходимо заметить, что каменные плиты сами по форме сильно отличаются друг от друга. Если плиты больших размеров обычно имеют стандартную форму, длина которой составляет 3 метра, то мелкие плиты по форме и по своей поверхности сильно отличаются от больших плит. Их можно разделить на три вида: а) плиты квадратной формы - здесь в основном наличествуют непонятные знаки и рисунки, свастики; б) бесформенные плиты (часть целых плит) - руноподобные знаки, надписи, тамгообразные знаки; в) плиты и камни округлой формы с гладкой поверхно-стью - непонятные одиночные знаки сакрального характера. Всего на ступеньках лестницы Поталы нами было фиксировано 6 фрагментарных надписей и около 20 руноподобных знаков. Высота графем обычно составляет 14-18 см, общая длина рунических надписей 25-35 см. Из системы неизвестного письма мы предварительно отметили следующие надписи (в нашей расшифровке): 1) "b(ä)ŋ(ÿ)k - вечный"; 2) "(ä)k(i)ş (a)ç - в вознаграждении молодой конь"; 3) "(a)jϊ b(a)t - очень плохо"; 4) "k(ä)t - убегать"; 5) "oş (ä)d - эта вещь"; 6) "(ä)ŋ (ä)çi - в начале старший брат" [см.: рис 2]. Здесь следует отметить, что плиты с рунами находятся недалеко друг от друга в центральной части нижней лестницы Поталы. Буквы нанесены глубоко каким-то острым предметом. Остальные руноподобные знаки и узоры наличествуют в основном на плитах второй лестницы правого крыла. Судя по рассказам самих тибетцев, каменные стелы и плиты были привезены из древнейших развалин неизвестных могильников, а некоторые небольшие плиты были спущены от вершины горы, где ныне расположен дворец Потала. Наиболее ценную информацию предоставил гид нашей группы, специально готовившийся на этот вопрос после нашего визита в декабре 2000 года. По его повествованию, некоторые плиты были привезены из Западного Тибета в VII в. еще при строительстве первого дворца. Он не смог показать нам какие плиты остались от руин прежнего дворца, но смог подробно рассказать о древности плит более маленьких размеров, которые настелены на лестнице правого крыла. По его мнению, большая часть плит была разобрана из каменной стены неизвестного древнего городища. Видимо, это городище не являлось тибетским, так как рассказчик местонахождение древнего города назвал чужим по духу. Когда мы показали рисунки и рунические знаки плит, местные монахи смотрели отрешенно, качали головами, подавали какие-то непонятные знаки. Немного позднее наш гид объяснил, что наш вопрос смутил ученых монахов. По его словам, о происхождении каменных плит монахи ничего не знали, зато все подтвердили глубокую древность рисунков этих камней. По-видимому, вышеназванные надписи и отдельные рунические графемы в составе с другими ребусовидными знаками представляют древнейший вид рунической письменности. Судя по характеру палеографии надписей, данная письменность, по всей вероятности, является изначальной формой енисейского письма. Видимо, язык данного рунического письма, является тюркским, генетически близким к языку енисейских памятников. Руноподобные знаки и надписи могильников тибетских царей Могильник тибетских царей, который находится в окрестности г. Шигадзе мы посетили в первую поездку в декабре 2000 года. На первый взгляд это обычные холмы с каменными выступами. Во время китайской культурной революции они все были взорваны до основания. Тибетские проводники согласились нам показать только первый могильник, мотивируя свое действие тем, что в других могильниках уже ничего не осталось для научного интереса. На кургане первого могильника мы ничего существенного не обнаружили. Кое-где остались несколько штук каменных глыб с разными рисунками и свастиками. Как нам кажется, некоторые рисунки были высечены более позднее время. На одном камне заметили своеобразный знак, напоминающий символ советских времен - серп и молот. Позднее, аналог этого знака мы обнаружили среди тамг башкирского племени "мырза". Во втором могильнике нами было обнаружено множество камней с различными знаками и рисунками. Видимо, здесь в былые времена находился какой-то небольшой памятник, на котором были вырезаны рунические надписи. Памятник был основательно разрушен, до нашего времени дошли только бесформенные глыбы камней, где с большим трудом замечаются следы былых узоров, свастик и рунических знаков. Недалеко от могильников находится мавзолей, внутри которого имеется высокая стела, встроенная наверху большой каменной черепахе. На стеле высечены различные узоры, свастики, непонятные рисунки. Во дворе этого мавзолея стоят изваяния и менгиры, привезенные, по всей вероятности, от близлежащих холмов и курганов. При осмотре этих менгиров мы ничего существенного не обнаружили, так как поверхность камней в течение несколько сот лет был начисто отшлифована природой. Во время второй поездки мы посетили множество могильников тибетских царей. Но, только в одном могильнике, находящемся на местности Хампа-Ла, обнаружили глыбу камня, где была вырезана руническая надпись (рис. 2). Общая длина надписи 23,5 см., высота знаков 4-5,5 см. После тщательного осмотра текста мы предварительно восстановили 11 рунических знаков [см.: рис. 3] Рабочий вариант расшифровки "äb S(ä)nt(ÿ)ŋ B(a)r Y(ä)k(ÿ)n t(ÿ)rk(ÿ)" в нашем переводе "дом Сентун Бара внука тюрка". Следует упомянуть, что графемы данной надписи по своей форме заметно отличаются от фрагментарных надписей Поталы. Во-первых, надпись, вероятно, является по сущности своей более поздней модификацией рунической письменности; во-вторых, некоторые графемы текста напоминают совершенно другие знаки, в частности, буквы из манихейского письма. Но, калькирование этой надписи установило, что само очертание знаков имеет двоякий характер. Если некоторая часть надписи (в основном угловатые линии) сделана на поверхности камня каким-то твердым предметом круглой формы, то линии и изгибы кругловатой формы наоборот начертаны, по нашему мнению, твердым предметом, наконечник которого имеет форму треугольника. В основном круглые линии имеют более глубокий след, чем графемы угловатого характера. Здесь, как нам кажется, что в более позднее время общий вид текста был искусственно изменен, т.е. были дополнительно начертаны кругловатые линии. В сущности, сама надпись напоминает рунические тексты долины р.Тойок (Турфан) [1]. Возможно, здесь зафиксирована часть какой-то другой руноподобной письменности или какой-то вид тибетского письма. На этом кургане имеется множество почерневших древних камней, где обычно наличествуют различные рисунки, узоры и знаки, напоминающие рунические графемы. Интересно заметить, что на этих камнях рисунки и тамгообразные знаки были не вырезаны, а нарисованы какой-то неизвестной краской. Хотя краска сильно почернела, но былые следы рисунков и знаков легко отличаются от других пятен природного происхождения. Здесь наблюдаются множество плоских камней с тибетскими и манихейскими буквами, а также глыбы с непонятными надписями, графемы которых можно относить к арамейскому письму. По всей вероятности, на этом кургане некоторые плоские камни с тибетскими текстами были привезены с других местностей. Обычно их аккуратно складывают вокруг менгира или какого-то большого камня с надписями. На этих местах они обычно устанавливают столб с различными красочными веревками. Такое явление почитания священных мест с надписями в Тибете встречается часто. В этой связи для исследователя рунолога не составляет большой трудности находить письмена на неведомых просторах Тибета. Иногда на одной местности можно обнаружить несколько хранилищ. Как правило, это обычно множество каменных плит, складываемые друг на друга, высота которых составляет 1-1,5 метров, а ширина 3х2 или 4х2. ••• Тибетские рунические надписи по характеру написания и по своей палеографии заметно отличаются друг от друга. Если временное отношение рунических надписей, обнаруженных в Потале, можно отнести к VIII веку, то надпись из Хампа-Ла не в коем образе нельзя относит к этому времени. По всей вероятности, руника из Поталы является древнейшим видом какой-то неизвестной рунической письменности, которая по палеографии и языковому принадлежности была генетически близкой к енисейской рунике. Данная гипотеза, по нашему мнению, подтверждается наличием в системе тибетских топонимов названий местностей, восходящих к тюркским формам как Тengri (наз. горы, озер) = taŋri "бог, божество, небо", Töpä (наз. вершины горы) = töpä "вершина", Qаjalаs (наз. горы) = qаja "скала", Mengir (наз. местности) = bäŋkü "вечный", Qaraqaş (наз. долины) = qara qaş "черная бровь" и другие [2]. По поводу надписи местности Хампа-Ла можно сделать предположение о том, что данная надпись является модифицированным видом орхонской руники, более позднее отражение которой осталось в турфанских надписях. Одним из интересных фактов данной надписи является то, что сама надпись была позднее кем-то переделана. На наш взгляд, рунические знаки были искусственно заменены на сходные манихейские графемы. По какой причине это сделано остается неразгаданной загадкой. Здесь непременно нужно отметить, что известный тюрколог, научный консультант фонда "Лена-Евразия" Э.Р. Тенишев по поводу расшифровок надписей Поталы и местности Хампа-Ла имеет несколько другое мнение. Он, поправляя наши попытки прочтения, все надписи читает слева направо (как полагается в классических орхоно-енисейских текстах) и используя все орфографические изъяны рунического письма (даже единичные случаи фиксирования графем) дает свои расшифровки: например, надписи из Поталы: 1) k(ä)ŋ(ä)b - "просторный дом"; 2) (ä)k(ä), (ä)ş , (ä)ç(ä) - "тетя, друг, старшая сестра"; 3) j(i)s b(i)t - "впалое лицо"; 4) k(ä)t - "уходи"; 5) "оş(ä)d" - "вот товар"; 6) (ä)ŋ(ä)çi - "самая пожилая женщина"; надпись из Хампа-Ла - "(ä)r anta k(ä)j - arbaŋ (ä)ş (ä)bi - у мужчины надежны: транспорт и туда загон для животных". По поводу происхождения этих надписей Э.Р. Тенишев придерживается мнения, что данные надписи принадлежат древним уйгурам, которые бежали от монгольского нашествия в Тибет в XIII-XIV вв. Таким образом, рунические надписи, найденные на территории Тибета требуют к себе пристального внимания не только со стороны тюркологов, но и со стороны монголоведов, тибетологов. Возможно, дальнейшее изучение этих рунических надписей и организация новых экспедиций на территории Тибета даст новые неведомые страницы древней истории тюрко-монгольских народов. Примечания: [1] Кызласов И.Л. Рунические письменности евразийских степей. - М., ИФ "Восточная литература" РАН, 1994. - C. 106-107. [2] Левин Г.Г. К проблеме эволюции рунической письменности тюрков // Вестник ЯГУ "Филология и журналистика". - Якутск: Изд-во ЯГУ, 2001, вып. 1. - C. 36.

Статья любезно предоставлена авторами - Рысбеком Алимовым - докторантом Стамбульского университета и Кубатом Табалдиевым - к.и.н., профессором факультета истории и регионоведения Киргизского национального университета. Новая древнетюркская надпись на камне-валуне из Таласа Таласская долина является одним из основных мест сосредоточения древнетюркских рунических памятников. Преобладающее большинство текстов найденных здесь надписей носит эпитафийный характер и представляет весьма ценное значение для истории письма среднеазиатских тюркских племен раннего средневековья. В отличии от надписей других центров рунической наскальной письменности таласские надписи сделаны на обычных речных валунах. Доселе тюркологической науке были известны 11 надписей на камнях-валунах из Таласа, первая из которых в 1896 году была обнаружена известным краеведом В.А. Каллауром [1, C.79-83], а последняя в 1977 году экспедицией Института языка и литературы АН Киргизской ССР во главе с Ч. Джумагуловым [2, C.86-88]. В 2002 году число данных памятников пополнилось еще одним камнем с рунической надписью. Двенадцатый по счету памятник древнетюркской письменности на валуне был случайно найден местными жителями на окраине села Жон-Арык Таласского района одноименной области. После, памятник был перевезен в г. Бишкек, где хранится в здании факультета истории и регионоведения Киргизского Национального Университета.Серого цвета крупнозернистый песчаник крепкой породы размером примерно 83х40 см имеет продолговатую форму. На одной более или менее плоской стороне камня контррельефом выбиты пять строк с тюркской рунической надписью, состоящие из 65 знаков и одного двоеточия-словоразделителя. В конце первой и второй строк заметны небольшие сколы, где судя по тексту могла бы быть по крайней мере еще одна буква. Знаки прорезаны неглубоко, однако сохранность всех знаков за исключением двух начальных и одного в середине в конечной строке превосходное, что, в отличии от ранее найденных надписей, делает их дешифровку не затруднительной, а чтение всего текста надписи более убедительным. Порядок чтения строк справа налево. Строки имеют четкие начала, концы которых местами переходят в боковые части камня. Четвертая и пятая строки надписи несколько короче предыдущих. Последние знаки конечной строки представляют собой, как нам кажется, продолжение и концовку текста строки третьей. По палеографическим особенностям данная надпись не отличается от остальных надписей региона. Однако следует отметить случаи вариативности в написании отдельных знаков, в частности для "G¹" и "M".Первые попытки прочтения и интерпретации текста памятника предпринимались К. Табалдиевым, по выражению которого они являются лишь "авторской попыткой перевода" и носят предварительный характер [3, C. 137-138]. Несомненно, и настоящая интерпретация текста далеко не окончательная. Должны заметить, что в ходе дальнейного изучения не только данного, но и остальных памятников, входящих в таласскую группу, особое внимание должно быть уделено, как нам кажется, выявлению точного фонетического значения знака , так называемого "с навесом". Транслитерация: (1). ŴT²G² : T¹ŠY ’S²YZ N¹YG¹’ (2). ŴZY ’ K¹L¹Y G¹L¹YG¹Y ’ K¹L¹MD¹[Y] (3). S²YZ ’ K²Š NT Č ’ YNGK²W ’NT Č[K¹]L¹MŠ (4). L¹Y ’ T¹S¹Y B²YL²’ (5). (K¹?) (L¹?) MYŠ Транскрипция: (1). öt(ü)g : t(a)šï : (e)siz (a)nïγa (2). özi : q(u)lï (a)γ(ï)lïγï : q(a)lm(a)d[ï] (3). (e)siz : k(i)š(i) (a)nt(a) (a)č : iñ(e)kü : (a)nt(a) (a)č [](a)lm(ï)Š (4). (e)l¹i : (a)t(ï)sï bile (5). q?(a)l?mïš Перевод: (1). (Этот) молебный камень, о горе, для Аны. (2). (Его) самого, (его) рабов, (его) сокровищницы не осталось. (3). О горе, жена тогда голодной, ее корова тогда голодной остались. (4). (Его) племенной союз вместе с сыном младшего брата (5). остался. Примечания: Кроме двоеточия в начальной строке, в функции словораздела в надписи выступает в семи случаях знак a для "а". Первая строка: öt(ü)g: "просьба, мольба" [4, C. 393]. У Дж. Клосона: "request, memorial to a superior" [5, P. 57]. Данная группа знаков вместе со знаками T¹ŠY интерпретируется нами как "молебный камень". (a)nї: В надписи в честь Тоньюкука (северная сторона первого камня, строка (3) это слово встречается как гидроним: (a)nї sub "река Аны" [6, C.45] , к тому же имеет схожую орфографию: N¹Y. Считаем, что здесь оно выступает как антропоним, хотя это не единственный вариант возможной фонетической передачи данной группы знаков. Широкого негубного гласного заднего ряда в начале слова могут заменить также губные гласные заднего ряда. Мы же остановились на первом варианте. Четвертая строка: (e)l¹i: Наш вариант чтения условный . Известно, что слово el/il во всех рунических надписях, где оно встречается пишется с L². Однако есть случаи когда для обозначения L¹, использовался знак для L². Скорее всего, здесь мы имеем дело с обстоятельством обратного характера, хотя, должны признать, что это будет первым и единственным пока случаем употребления в тюркской рунике знака L¹ вместо знака L², в случае если наш вариант чтения будет принят. Пятая строка: q?(a)l?mїš: Первые два знака не поддаются чтению. Однако, если учесть, что предложение в четвертой строке в целом для придания ей законченности в смысловом отношении требует предиката, а также принять во внимание то обстоятельство, что группа знаков MYŠ в таласских надписях всегда встречается в составе слова калмыш, то можно с уверенностью предположить, что эти знаки K¹ и L¹. То же самое можно сказать и о конечных знаках той же строки надписи. Как было выше отмечено, авторы этих строк склонны думать, что они продолжение предложения в третьей строке. Смущает только то обстоятельство, что знаки для M и L¹ стоят поменявши местами, а знак для велярного K¹ не отмечен здесь вообще. Хотя он мог бы быть вначале, на месте нижнего скола на камне. Как видно из текста памятника повествование ведется от имени третьего лица. В надписи нет так называемой "авторской ремарки", т.е. смены лица от третьего к первому, которую мы наблюдаем в некоторых памятниках из Таласа и Енисея. Надпись представляет собой интересный в плане содержания образец эпитафийного жанра ранних тюрок населявших когда-то бассейн р. Талас. Несмотря на то, что в самой надписи нет прямых или косвенных указаний о датировке, временем создания памятника можно с уверенностью считать первую половину VIII века, так как последние исследования таласских [7, C.43-44] и палеографически идентичных им кочкорских надписей [8, C. 73-75; 9] показали, что основную группу памятников древнетюркской письменности Западного и Центрального Тянь-Шаня следует датировать именно периодом тюргешского господства в регионе. Обнаружение нового камня-валуна с надписью, а также положительные результаты полученные в последние годы в ходе целенаправленных поисков памятников письменности древних тюрок, позволяют нам твердо утверждать, что в долине р. Талас и прилегающих районах, выполненные руническим письмом надписи будут выявляться и впредь, а ареал распространения письменной традиции тюркских племен раннего Средневековья будет расширяться. Прорисовка древнетюркской рунической надписи на новонайденном камне из Таласа. Литература: [1] В.А. Каллаур. Камень с древнетюркской надписью из Аулиеатинскаго уезда // "Записки Восточнаго Отделения Русскаго Императорскаго Археологическаго Общества", XI, 1897. [2] Ч. Джумагулов, Г. Карагулова. Новый таласский древнетюркский памятник // Советская тюркология, 1978/1. [3] К. Табалдиев. Новые древнетюркские рунические надписи Кочкорской и Таласской долин // "Труды факультета истории и регионоведения Киргизского Государственного Университета имени Жусупа Баласагына", Выпуск X, Бишкек, 2002. [4] Древнетюркский Словарь, Ленинград, 1969. [5] Gerard Clauson, An Etymological Dictionary of Pre-Thirteenth-Century Turkish, Oxford, 1972. [6] Древнетюркский Словарь, Ленинград, 1969. [7] С.Г. Кляшторный. О датировке таласских рунических памятников // "Бартольдовские чтения. Тезисы докладов и сообщений" V, Москва, 1974. [8] С.Г. Кляшторный. Новые открытия древнетюркских рунических надписей на Центральном Тянь-Шане // Известия Национальной Академии наук Кыргызской Республики, No.1-2, Бишкек, 2001, с. 73-75; [9] R. Alimov. Koçkordaki Türgeş Yazitlari // "Istanbul Universitesi Sosyal Bilimler Dergisi", 2003/1.

Таласские рунические памятники Выражаю свою благодарность Рысбеку Алимову за помощь в подготовке этих материалов. Первый таласский памятник Речной валун размером 135х90х45 см., найден 1896 году аулие-атинским уездным начальником В.А. Каллауром при содействии местного учителя Гастева в 8 верстах от нынешнего г. Талас на урочище Айыртам-Ой (Кырк-Казык). Камень - крупнозернистый серый гранит с красноватым оттенком твердой породы. Надпись на камне состоит из 4 строк. В настоящее время находится в Государственном Эрмитаже (Россия). Перевод (по С.Е. Малову): Второй таласский памятник Второй камень был найден 5 мая 1898 года аулие-атинским уездным начальником В.А. Каллауром "в 500 шагах разстоянiя на западъ отъ камня найденнаго въ 1896 году". На нем имеется надпись состоящая из 8 строк. Продолговатый, серого цвета с красным оттенком крупнозернистый крепкой породы песчаник. До 1961 года считался утерянным. В октябре 1961 года был найден вторично сотрудниками АН Киргизской ССР. Ныне хранится в Государственном Историческом Музее г. Бишкек. Перевод (по Ч. Жумагулову): Третий таласский памятник Найден одновременно со вторым памятником 5 мая 1898 года аулие-атинским уездным начальником В. А. Каллауром при помощи местных жителей. По прорисовке финнского ученого Г. И. Гейкеля на нем сохранилось 5 строк надписей, причем шестая оказалось разрушенной временем. В настоящее время местонахождение памятника неизвестно. Перевод (по С. Е. Малову): Четвертый таласский памятник Впервые был открыт 1898 году экспедицией Г. И. Гейкеля на урочище Айыртам-Ой (Кырк-Казык). Вторично был найден летом 1982 года в окрестностях г. Талас. Камень- обычный речной валун, размером примерно 100х50 см. На камне процарапаны 3 строки древнетюркской рунической надписи. В настоящее время хранится в Государственном Историческом Музее г. Бишкек Перевод (по Ч. Жумагулову): (1) Имя его-Чор(а). Тридцать огланов (сыновья?) (или племя тогуз оглан), защитники остались (в печали) (букв. расстались) (2) Вас… храбрый сын Чор наследуя остался… (3) … остался … Пятый таласский памятник Найден 1898 году экспедицией финно-угорского общества во главе с Г.И. Гейкелем в районе прежних находок. К сожалению кроме прорисовки надписи, нет никаких сведений о камне, точное местонахождение, описание валуна, размеры и т.п. Настоящее местонахождение памятника не известно. Известно что членами финно-угорского общества был увезен в Финляндию один из камней. Зная где хранятся первый, второй и пятый памятники, с уверенностью можно сказать, что это третий или же пятый камень. Перевод (по С. Е. Малову): Восьмой таласский памятник Найден в месности Кырк-Казык (ст. назв. Айыртам-Ой) недалеко от г. Талас археологом П.Н. Кожемяко в 1961 году. Камень размером 90х40х35 см., удлиненной формы, серого цвета крупнозернистый гранит. На одной стороне камня выбиты 4 строки, сделанные древнетюркским руническим письмом. В настоящее время хранится в Государственном Историческом Музее г. Бишкек. Перевод (по А.С. Аманжолову): Девятый таласский памятник Найден 1961 году группой ученых (Д. Винник, У. Асаналиев, К. Аширалиев, Ч. Жумагулов) АН Киргизской ССР в ходе полевых работ в том же районе, где раньше были обнаружены подобные памятники древнетюркской писменности. Камень - речной валун, размером 100х45х45 см. Надпись состоит из 2 строк. В настоящее время хранится в Государственном Историческом Музее г. Бишкек. Перевод (по И. А. Батманову): Десятый таласский памятник Найден 1961 году группой ученых (Д. Винник, У. Асаналиев, К. Аширалиев, Ч. Жумагулов) АН Киргизской ССР в ходе полевых работ в районе прежних находок, вместе с девятым памятником. Камень - светло-серый речной валун крепкой породы ромбико-овальной формы. Размеры памятника 90х60х47 см. Надпись сделана в 5 строках. В настоящее время хранится в Государственном Историческом Музее г. Бишкек Перевод (по А.С. Аманжолову): Тринадцатый таласский памятник Найден в 1977 году эпиграфической группой (рук. Ч. Жумагулов) АН Киргизской ССР в местечке Торт-Куль, примерно в 2 километрах к югу от с. Джон-Арык Таласского района. Камень плоский, овальной формы, светло-серого цвета с красным оттенком. Площадь занятая надписью - 95х40 см. Памятник по утверждению Ч. Жумагулова находится в доме известного киргизского писателя Т. Сыдыкбекова. Перевод предложенный Ч. Жумагуловым и С. Г. Кляшторным:

© И.В. Кормушин Рунические памятники из Тувы Опубликовано из книги: И.В. Кормушин. Тюркские енисейские эпитафии. Тексты и исследования. М., Наука, 1997 Надписи с тамгой типа Подтип Е-21 (Чаа-Холь IX) Надпись на массивной стеле, происходит из местности вблизи впадения р. Чаа-Холь в Улуг-Хем. Хранится в Тувинском музее. (1) Моими родичами, - я не насладился. (2) О, оми ... . Мой возраст - сорок (пятьдесят - ?) два года. (3) Я ...; мой бек, - я не насладился. Е-61 (Шаньчи I) Краткая надпись на стеле из серого сланца, происходит из местности Суглук-Адыр-Аксы, в 3 км южнее пос. Шаньчи. Хранится в Минусинском музее. (1) О, мое государство, мой хан, - о жаль мне! (2) О, моя жена в женских покоях, - о, жаль мне! (3) Я врачеватель Люй Пек. Е-65 (Кара-Булун I) Надпись на небольшой стеле из лилового песчаника. Происходит из правобережья Улуг-Хема, из местности Кара-Булун, вблизи пос. Эйлиг-Хем. С 1963 г. хранится в Тувинском музее. (1) Мое имя мужа-воина - Карши... (2) Жаль мне, о сто моих высокородных сородичей! ... (3) О жаль мне, два моих ... камня Е-65/пл (Кара-Булун I/пл) Более старая, относительно вышеупомянутой надписи на той же небольшой стеле из местности Кара-Булун. С 1963 г. хранится в Тувинском музее. (1) Мой хан, мое государство, мои супруги в женских покоях, - я разлучился (с вами) ... (2) ... (3) ... о, сто моих родичей ... народ ... Е-66 (Кара-Булун II) Надпись на обломке стелы из темно-зеленого сланца, происходит из той же местности Кара-Булун. Хранится в Тувинском музее. (1) Моя жена, - о жаль... (2) Доблесть мужа-воина,... (3) Мое имя мужа-воина - Багыр... (4) Сто мужей... Е-146 (Хемчик-Бом II) Надпись на обломке стелы из зеленоватого алевролита, происходит из местности в устье реки Хемчик, с территории могильника Хемчик-Бом на левобережной террасе, раскопанного археологами А.Д.Грачем и Г.В.Длужневской в связи с сооружением Саяно-Шушенской ГЭС. Хранится в Тувинском музее. (1) Мои соплеменники воины-мужи, - я не насладился (вами)! Мое восьминогое имущество (т.е. юрты), четыре[хногий скот мой - ?]... (2) С шестнадцати (семнадцати - ?) лет я водил войска. Моим государством я не насладился! (3) Сорока своими мужами(-дружинниками) я не насладился! Моими большими и малыми [подданными] я не насладился! (4) [Мой] (земельный) удел... Е-152 (Шаньчи III) Надпись на небольшой стеле из крупнозернистого зеленоватого песчаника с коричневым "загаром" - налетом гидроокислов железа. Происходит из долины Шаньчи, раполагающейся по левому берегу Улуг-Хема, между реками Чаа-Холь и Хемчик, из местности Биче-Хаагын. Хранится в Тувинском музее. (1) Он увел свои племена. Поведя посольство моего государства, я во имя своей доблести достиг Бешиля. (2) [Я -] Энлиг-чор, ынанчу и могучий тархан. О, мой старший дядя, - (3) О, моя земля, мои реки и озера, о жаль мне! (4) О мой народ, - о, жаль мне! Е-22 (Чаа-Холь X) Надпись на невысокой квадратной в сечении стеле. Хранится в Тувинском музее. (1) В мои сорок (пятьдесят - ?) три года я отделился. (2) Мой старший брат Богра! - я умер, о горе! (3) Моими супругами в женских покоях, моими сыновьями (4) Моим беком, моими сородичами, - я не насладился. Е-23 (Чаа-Холь XI) Надпись на четырехгранном столбе из бурого гравилита. Происходит из места, при впадении реки Чаа-Холь в Улуг-Хем.. Хранится в Минусинском музее. (1) Я погиб во имя своей доблести мужа-(воина), ради моей земли. (2) [Я -] Ач То... Исиг Ынал, моим государством, моим беком - я не насладился! (3) В мои тридцать девять (сорок девять - ?) лет ради моего государства... Подтип Е-17 (Чаа-Холь V) Надпись из группы Чаа-хольских, на небольшой стеле. Хранится в Тувинском музее. (1) [Я -] Тюз Бай Кюч Барс Кюлиг. (2) Я погиб ради моего благородного тестя, как грустно! Мои старшие родственники, мои младшие родственники со стороны жены... (3) С моим благородным беком я разлучился, с моими благородными родичами я разлучился... Е-92 (Демир-Суг) Надпись на стеле неправильной формы из мелкозернистого песчаника. Происходит из правобережья Улуг-Хема, из местности у р. Демир-Суг, в километре с небольшим от его впадения в Верхний Енисей. Открыта И.У. Самбу в 1960 г. в ходе археологических работ в зоне создания Саяно-Шушенского водохранилища. Хранится в Тувинском музее. (1) Мое имя (и звание) мужа-воина - бек-генерал. В синем небе солнце и луна, - о, жаль мне! (2) Я, генерал и правитель области (генерал-губернатор), во имя [своей] чести устраивал твою [жизнь, народ] по законам. Подтип Е-1 (Уюк-Тарлак) Надпись на "лицевой" стороне оленного камня из плотного глинистого сланца. Происходит из долины реки Уюк, правого притока Бий-Хема, из местности в 2 км от левого берега реки Тарлак, левого притока Уюка. С начала века хранится в Минусинском музее. (1) Жаль - о, мое государство, мои супруги, мои сыновья, мой народ! (2) Мое имя - Эль Тоган-тутук. Для моего божесвенного государства - я был посломЮ для моего народа шести уделов - я был его беком. Е-42 (Бай-Булун I) Надпись на высокой четырехгранной стеле из темно-серого крупного песчаника. Происходит из степной долины Бай-Булун в левобережьи Улуг-Хема, в 7-8 км ниже впадения в него реки Элегест. С 1915 г. хранится в Минусинском музее. (1) Во имя доблести я выступил (?) с твоим правителем. О, печаль, о, горе, ради своей доблести я убивал (врагов). (2) Мое имя мужа-воина - Оз Тогды. Мои сыновья, - о, жаль! Моя супруга, - мы разлучились! (3) Мои сородичи-мужи, стеная, справили тризну, (поставили) добрый камень. Река Ким (Енисей), вечная земля..., - я не насладился (вами)! (4) [Это] писал я, шад Сангур. Тысячи моих восьминогих владений (юрт), - я всеми не насладился! (5) Мои семьдесят лет, - я умер. Семьдесят мужей-воинов (врага) я убил. Для тысяч коней (?) (6) Я увеличил внутреннюю дозорную стражу. (А теперь), о жаль мне, - я разлучился (с ними), не насладившись! (7) Жаль, моя земля, моя священная земля, - о жаль! Жаль, мое государство, мой хан, солнце и луна, о, жаль! Моя ... земля ... (8) Сотни мужей моих сородичей, - о жаль мне! Тысячи мужей из моего народа, - жаль мне! Мой народ кык талын (?), [это] твой добрый камень! Е-42 (Бай-Булун II) Надпись на огромном оленном камне из крупнозернистого темно-серого песчаника. Происходит из той же степной долины Бай-Булун в левобережьи Улуг-Хема, в 7-8 км ниже впадения в него реки Элегест. С 1915 г. хранится в Минусинском музее. (1) Как жаль мне, - о, сто моих сородичей, о, мой народ Шести [областей], как жаль мне, - я разлучился (с вами)! (2) Мое имя (и звание) мужа-воина: я - Калыктык Ынал-оге. Мне шестьдесят два года. (3) Моя доблесть мужа-воина (в том, что) мой (общий) вклад - сорок два [захваченных в плен?], из врагов [на поле битвы] я убил тридцать мужей. (4) Благодаря могуществу моего народа Шести областей я водил караваны. (Поминальный) камень - печально - водрузили! Подтип Е-52 (Элегест II) Надпись на небольшой, около 1 м высоты, стеле треугольно-пирамидальной формы. Присходит из окрестностей пос. Элегест, в правобережной части среднего течения реки Элегест. Хранится в Тувинском музее. (1) Я - Кёртле-сангун (генерал). О мой дядя-хан! (2) Мудрый правитель области и доблестный воин! (3) Согдиец Бар Сагра-сангун. Е-70 (Элегест IV или Ир-Холь) Надпись на небольшой стеле грязно-серого песчаника. Происходит из местности Ээр-Холь в правобережье среднего течения реки Элегест, левого притока Улуг-Хема. Хранится в Тувинском музее. (1) [Я-] знаменитый чиши, урунгу-чигши, ради моего государства... (2) Четверо (?) ... моих сыновей, моя супруга в женских покоях, - я не насладился (вами)... (3) Девять земель моих огдамдамских ... (4) С... лет я стал понимать... (3) С двадцати (...надцати) лет (я) для моего государства... Надписи с тамгой типа Подтип Е-12 (Алдыы-Бель) Надпись на массивной четырехугольной стеле. Происходит из правобережной части Улуг-Хема, в 7 км ниже по течению (западнее) от пос. Эйлиг-Хем, в 100 с небольшим метрах от берега нынешнего водохранилища, на высокой отлогой предгорной террасе, образующей здесь урочище Алдыы-Бель, в 3 км восточнее правого притока Енисея - реки Кюйлюг-Хем, почему в первых изданиях географического местоположения памятника было обозначено как "Улуг-Кем-Кули-Кем". Хранится в Тувинском музее. (1) [Я-] Чочи Бёри-сангун (2) ... (3) Реки - озера и земля, госпожа-река Кем... Е-14 (Чаа-Холь II) Надпись на невысокой уплощенной плите. Происходит из местности в левобережной части Верхнего Енисея, при впадении в него реки Чаа-Холь. Хранится в Тувинском музее. (1) [Я] - Эльчи-чор Кюч Барс. (2) Моими супругами в женских покоях, моими кровными сыновьями я не насладился, - о, жаль мне! (3) ... (4) ... (3) Моим божественным государством, моим беком предводителем я не насладился, - о, жаль мне! Е-19 (Чаа-Холь VII) Надпись на стеле из зеленоватого сланца. Происходит из местности в левобережной части Верхнего Енисея, при впадении в него реки Чаа-Холь. Хранится в Минусинском музее. (1) Я - Кутлуг Чигши. (Я пал) в жестокой войне. (2) Мое государство,... (3) О, мой простой, - горько, жаль мне! Подтип Е-20 (Чаа-Холь VIII) Надпись на массивной стеле. Происходит из местности в левобережной части Верхнего Енисея, при впадении в него реки Чаа-Холь. Хранится в Тувинском музее. (1) Из-за того, что у меня четверо сыновей, [водрузили] мне памятник. (2) Я - Кюлюг-апа. Надписи с тамгой типа Подтип Е-3 (Уюк-Туран) Древнетюркская надпись на огромном оленном камне в виде четырехгранного столба. Происходит из Уюкско-Туранской котловины в северной части Тувы, из местности на правом берегу реки туран, в 3 км от впадения ее в реку Уюк, на месте нынешнего города Туран. Хранится в Тувинском музее. (1) Мои супруги в женских покоях, мои родные сыновья, - как грустно, как жаль мне! Грустно, - яне насладился [вами] и разлучился [с вами]! Мои потомки, мои родственники, - грустно, я разлучился [с вами]! (2) Свой, украшенный золотом, колчан повязал я на пояс. Моим (хранимым) богом государством я не насладился - как жаль мне, как грустно! (3) Я - Очин Кюлюг Тириг. В моем, (хранимом) богом государстве я - емлиг (поставщик провианта - ?). (4) Я разлучился (с этим миром, т.е. умер) на шестьдесят третьем году. С моей (родной) землей у реки Уюк я разлучился. (5) То, что я добыл для моего (хранимого) богом государства, - мои сыновья, сколько у меня мастеровых-сыновей (?), шесть тысяч моих коней. (6) Тюлберы моего хана, простой народ, славные мои сородичи, - о, жаль мне! Мои дядья и двоюродные братья, многочисленные воины, молодые воины-огланы, мои зятья, мои невестки - [всеми вами] я не насладился. Е-43 (Кызыл-Чираа I) Надпись на большом четырехгранном столбе. Происходит из правобережья Верхнего Енисея, из местности Кызыл-Чираа, в 50 км западнее г. Кызыла. Хранится в Тувинском музее. (1) О, мой народ, о мои сыновья, о, мои жены,- (2) Я разлучился, я расстался (с вами), как грустно, как печально, (2а) - я разлучился (3) Ради моей доблести мужа-воина [я сразился] с целым войском Бег-Чора, (4) Ради всего имущества [я не поразил] стрелой [ни] одного мужа-воина (врага), - о, ... (5) Возраст моего хана - моего старшего брата [был] сорок два (пятьдесят два - ?) года, - как жаль мне! Е-68 (Эль-Бажы) Надпись на четырех гранях плоской плиты мелкозернистого песчаника грязно-бурого цвета. Происходит из левобережной части Верхнего Енисея, из местности Эль-Бажы, 95 км западнее г. Кызыла. Хранится с начала века в Минусинском музее. (1) Моему божественному государству с пятнадцати лет я [служил]. (2) В мои восемьдесят лет я расстался (с этим миром), - грустно, как жаль мне! (2а) Я - Кара Барс, (с титулами) ынанчу и чигши, грустно, как жаль! (3) Я - сын ...-бага, - как жаль мне, грустно! (4) ... мои сыновья, мои супруги в женских покоях ... (5) Я - ... сын ... знаменитый. Как жаль мне, - о, мой народ Ста племен кюмюлей, мои сородичи, - я разлучился, о горе! Подтип Е-6 (Барык II) Надпись на плите. На основании текстологического анализа, данная надпись расматривается исследователем Кормушиным И.В. как эпитафия, посвященная женщине. (1) [Мое имя] - Кюни Тириг. В три года я осталась без отца. (2) Кюлюг-тутук сделал [меня] своей женой. (2а) У беспечального мужа была я. (3) С супругой [своего покровителя] в женских покоях, - я разлучилась, о, моя старшая сестра! Е-7 (Барык III) Надпись на плите. (1) [Я -] сын Байча-сангуна, [мое имя] - Кюлюг-чор. (2) Я вырос беспечальным, печаль (моя) оказалась вот это: (2а) солнцем на небе, моим государством на земле - я не насладился! (3) Со своими супругами в женских покоях, со своими родными сыновьями - я разлучился! Подтип Е-5 (Барык I) Надпись на одной стороне плоской плиты из крупнозернистого лилового песчаника. (1) Доблесть мужа-воина, [народ] Девяти Табдузов, доблестные молодые соплеменники! (2) [Мое имя] - Оз Йиген Алп Туран. У народа Шести родов [я служил с] шестнадцати лет. О, мое государство, мой хан, - я разлучился (с вами)! (2а) Как жаль мне - я был беком, (и вот) я разлучился! Е-8 (Барык IV) Сильно разрушенная надпись на плите. (1) ... солнце, луна, - я не насладился (вами)! (2) ... с моими супругами в [женских покоях] я разлучился. (2а) Я - ...-йегин. Надпись с тамгой Е-54 (Оттук-Даш III) Краткая однострочная надпись на небольшом столбе. Происходит их местности вблизи горы Оттук-Даш в левобережной части Верхнего Енисея, в 60 км западнее г.Кызыла. Хранится в Тувинском музее. (1) Юч-ынал, урунгу, сангун. Надпись с тамгой Е-45 (Кёжээлиг-Хову) Одна из самых больших надписей, найденных до сих пор на территории Тувы. Происходит из правобережья части Верхнего Енисея, из местности Кёжээлиг-Хову, в 3 км от Енисея по правому берегу его притока - реки Эжим. (1) Мое юношеское имя - Чубуч-ынал, мое мужское имя - Огя (народа) кюмюлей. (2) В пять лет я остался без отца, в девятнадцать лет я стал сиротой, (3) но я мужался, и в тридцать лет я стал огя. Сорок лет (4) я поддерживал государство, возглавлял народ, воевал (против) внешних врагов, водил (войска). (5) На семдесят первом году в синем небе я перестал видеть солнце, - как жаль мне! (6) Государство мое в Кюрси Яме, - как жаль мне! Моя земля, мои реки-озера, - как жаль мне! Мои супруги в женских покоях остались вдовами - как жаль мне! (7) Мои потомки, мои родственники, - как жаль мне! Мои сыновья, мои дочери, мое светлое и темное (имущество), - жаль! сто пятьдесят мужей-воинов моей (дружины), - как жаль мне! (8) Тысячи привольно пасущихся моих коней, - как жаль мне! (9) Мое государство, - как жаль, какое несчастье! Мой народ Ста (родов) Кюмюлей - как жаль, какое несчастье! Мало(численные) кюмюли стали многочисленными, (10) моих ничтожных кюмюлей ч сделал великими, - как жаль мне, я не насладился! Надписи без тамг Е-44 (Кызыл-Чираа II) Надпись на большой стеле из мелкозернистого песчаника буровато-лилового цвета. Происходит из правобережья Верхнего Енисея, из местности Кызыл-Чираа, в 50 км западнее г. Кызыла. Хранится в Тувинском музее. (1) Мои могучие руки, мое доблестное сердце, - как жаль, как грустно! (2) Я - тот, кто всегда сражался в жестоких войнах, на проворных ланей я - меткий стрелок. Польза, которую я принес моему божественному государству, - я (лично) убил девять мужей-воинов (врага). (3) [И вот] я разлучился с этим миром! (4) Мое государство, мой хан, как жаль, я не насладился! Солнце, луна, - жаль, как грустно! (5) О, мои родственники и родственницы, - как грустно, я разлучился (с вами), как жаль мне! Мой народ Ста (племен) Кюмюлей, - как печально, я разлучился (с тобой)! (6) У меня не (было) изъянов в доблестях мужа-воина, [и вот] в сорок лет я расстался (с этим миром)! (7) Я сын Арслан-Кюлюг-Тирига. Я - Кюлюг-Тоган. Е-46 (Телээ) Надпись на массивном четырехгранном столбе неправильной формы из гравилита зеленоватого цвета. Происходит из правобережной части Верхнего Енисея, из междуречья Тэле (по-тувински: Телээ) и Эжима, правого притока Улуг-Хема, на удалениив 3 км от памятника Е-45 (1) Мое государство, - как жаль мне! Мои супруги в женских покоях, - как жаль мне! (2) [Я -] Эгюне-тутук. Во имя доблести мужа-воина я служил моему государству! (3) Мои наложницы, мои верблюды, мой четвероногий скот - (4) У меня не [было с ними] печали. Надпись с поврежденной тамгой типа Е-55 Надпись на массивной стеле желтого песчаника неправильной формы. Место первоначальной установки памятника неизвестно. Хранится в Минусинском музее. (1) Я - тириг Кочгар-тёлёс. (2) О, мои супруги в женских покоях, - я разлучился (с вами), о жаль мне! (3) Тремястами своими (привольно) пасущимися конями я не насладился! Надписи с тамгой типа Е-10 (Элегест) Надпись на огромном плоском оленном камне из серого песчаника. Происходит из левобережья Енисея, вблизи от впадения в него реки Элегест (по-тувински: Элегес). Хранится в Минусинском музее. (1) О, мои супруги в женских покоях, - как жаль мне, как грустно! Мои родные сыновья, - как жаль мне, я отделился [от вас], как грустно! (2) Благодаря благородству ста мужей, моих сородичей, с помощью ста мужей и пятидесяти волов водрузили [этот памятник]. (3) В синем небе - жаль! - были солнце и луна. Как грустно, как жаль мне - я отделился [от вас]! (4) О мой хан, мое государство - как жаль мне, горе! ... Мой хан, мое государство - жаль, грустно! - я отделился [от вас]. (5) От Кёртле-хана положен (мне) на плечо и повязан на пояс алый штандарт (лента) урунгу и украшенный золотом колчан. Мой возраст - семьдесят девять лет. (6) Мой отец-бек, который был урунгу, славным, обильным и мудрым правителем области, тоже покинул (этот мир) из-за доблести. (7) Мой народ, будь тверд, не отступайся от законов государства! О горе, жаль - мое государство, мой хан! (8) Водя войска ради моего государства, у меня не было такого, чтобы я (лично) не поражал влинов (врага). В одной только битве при Чибилиге, в которой я лично вступил в схватку, я пленил влсемь воинов противника. (9) Ради побед моего государства, совершая, ... был, о горе! (10) Печально мне ... я умер. О горе, жаль мне... (11) Мой скот о четырех (ногах), мое имущество на восьми ногах (юрты) - не было у меня печали (по поводу них). (12) О мои родственники и сродственники - я разлучен с вами, о горе! О мой народ - я разлучен, о горе мне! Е-59 (Хербис-Баары) Надпись на плоской, округлой вверху плите из тонкозернистого лилового песчаника. Происходит из местности Хербис-Баары в правобережье Верхнего Енисея, примерно в 15 км ниже впадения в него (с противоположной стороны) реки Элегест. (1) Мое имя мужа-воина - Кюлюг Йеген. Моему отцу, беку народа, [я служил в должности] оге. (2) ... О жаль мне, о печально мне! О, мои супруги на женской половине, - я не насладился вами. (3) Трех своих сыновей я не сумел вырастить. (4) Я, двадцать семь лет, ради моей страны [отправился воевать против народа] Девяти татар. (5) Ради (знатных) мужей страны [я захватил] трех мужей на предмет выкупа ... (6) О моя страна, мой хан, мой небоподобный, - о горько, я не насладился! (7) Мои сородичи мужского потомства, три моих сродственницы, мои сородичи женского потомства, три наложницы... (8) Многочисленными сородичами я не насладился - о горько! Мои сродственницы, ... (9) Моей матерью я не насладился, - печально! Е-100 (Баян-Кол) Надпись на четырех гранях большоя стелы из серого мелкозернистого песчаника. По данным Васильева Д.Д., памятник происходит из правобережья Енисея, из местности в 40 км северо-восточнее пос. Баян-Кол, в южных отрогах Уюкского хребта. (1) Я - сын Бегшек Йегюк-бека. Своей женой-супругой я не насладился. (2) Все, что я приобретал - [все это] ради моего государства. Я не бросил ... сорок благородных сородичей, тех что приобрел [еще] еще мой отец, огя-бек. (3) Мое государство, - о горе, мне жаль, скорбь - я не насладился. (4) Кашкыр Бай Карт ... Е-147 (Ээрбек I) Надпись на стеле из лилового песчаника. Происходит из местности Онгар-Хову в правобережье Улуг-Хема, в 19 км западнее пос. Ээрбек. Хранится в Тувинском музее. (1) С семнадцати лет я стал служить моему бого(хранимому) государству и не насладился, о горе! (2) О мои супруги в женских покоях, - я не насладился, о горе, печаль! Моими собственными сыновьями я не насладился, - о горе, печаль! (3) Мое юношеское имя - Йерлиг-чор. Из моего бого(хранимого) государства я уходил (и возвращался). Своим титулом доблестного тархана тёлёсов я не насладился! (4) В голубом небе - жаль - были солнце и луна, на бурой земле - жаль - были государство и хан: я не насладился ими, о жаль, о горе! (5) О, мой народ, мое население, - я не насладился, о горе, о жаль мне! О, мои великие и мои малые (подданые) - я не насладился (вами), о горе, о жаль мне! Е-149 (Ээрбек II) Надпись на стеле. Происходит из той-же местности, что и надпись Е-147. (1) Я - Тонга Кюлюг-тархан-бек. (2) Моя доблесть мужа-воина. (3) Солнце и луна на голубом небе - о жаль мне, я не насладился, о горе! (4) О, мой эль, мой хан на бурой земле - о жаль мне, о горе! (5) О, мои сородичи, - о горе, о жаль мне, я не насладился, о горе! (6) На самой вершине я иссяк в одночасье! Надписи с тамгой типа Е-2 (Уюк-Аржан) Одна из немногих рунических надписей с горизонтальным расположением строк, буквы справа налево, строки сверху вниз. Происходит из местности в 2 км от левого берега реки Уюк и в 1 км от знаменитого царского кургана скифского времени Аржан. (1) Мои супруги, мои сыновья - я перестал видеть и слышать вас. (2) Моя страна, я ... (3) Моя доблесть мужа-воина, мой дом - о несчастье! (4) ... моя воинская доблесть - о несчастье! (5) Мое имя мужа-воина - Кышаклык. Е-51 Надпись на одной из плоских боковых поверхностей массивного столба. Географическое происхождение не установлено. Хранится в Минусинском музее. (1) Мое имя мужа-воина - кёк Тириг, - о жаль мне! О, мои сородичи, - о жаль! О, мои сыновья, моя супруга, - я разлучился (с вами). (2) О, моя страна, мой хан, - о, жаль мне! Доблесть мужа-влина, моя (родная) земля [народа] Девяти огдамдамов, - о жаль! (3) Семь моих ... - о жаль! Мои товарищи - о жаль! (4) Озгар нэ(?) ... шесть балбалов (убитых мной) воинов врага. Е-109 (Уюк-Оорзак II) Надпись на плоской плите. Плита расколота примерно пополам, поэтому помимо лакун на линии раскола и стертости знаков в средней и верхней частях плиты, их идентификации мешает солевая пленка на поверхности надписи - результат длительного нахождения на поверхности земли. (1) Тысяча мужей (мужей соплеменников - ?)... (2) Мое имя мужа-воина, [во имя] Девяти огдамдамов я убил пятьдесят мужей-соинов (врага), - о несчастье (моя смерть)! (3) О, моя жена, о, мой бек, - я не насладился (вами), я разлучился (с вами). Е-110 (Уюк-Оорзак III) Надпись на оленом камне (скифского времени). (1) Доблесть мужа-воина, моя земля Девяти огдамдамов, - о, жаль мне! (2) Мое божественное государство, ябгу Алтая, моя супруга, мои сыновья, - о, жаль, мне! (3) Девять мужей-воинов [ради] четырехсот моих соплеменников... (4) Моему божественному государству... Надписи без тамг Е-11 (Бегре) Надпись на массивной четырехгранной стеле. Происходит с реки Бегре, правого притока Бий-Хема, в северо-восточном углу Верхнеенисейской котловины, практически на границе ее с Уюкско-Туранской котловиной. С 1916 года хранится в Минусинском музее. (1) Я - ичрек Тёр-апы. О, моя супруга, взятая мною (в замужество) в пятнадцать лет, - печально, я разлучен (с тобой)! Как жаль мне, о, солнце и луна, - я перестал [вас] видеть! (2) О, три моих сына, - я отделился (от вас), как грустно - я не насладился (вами), крепитесь, [сыновья]! (3) С пятнадцати лет я ходил на табгачского хана. Благодаря моей доблести мужа-воина отвагой приобрел я золото и серебро, верблюдов, наложниц. (4) Я убил семь волков, а барсов и кёкмеков я не убивал. (5) О, земля моя, - грустно! О, реки и озера мои, - я отделился [от вас], печально, как жаль мне, как грустно! (6) О, мой народ, мои потомки и мои сородичи, - я отделился [от вас], я не насладился [вами]! (7) О, мое государство, мой хан, - я не насладился [вами]. Мой возраст - шестьдесят семь (семьдесят семь - ?) лет, и я перестал ощющать [жизнь]! (8) О, мои свойственники в дальних краях, - я отделился от вас! (9) О мои друзья, связанные клятвой, - я отделился от [от вас]! (10) Я покинул [свое] восьминогое имущество (юрты), весь свой скот трех видов, и этим я не насладился! Печально, - я перестал видеть мое белое (юрты) и мое черное (скот). Е-50 Надпись на массивной плите. Происхождение памятника остается неустановленным. Хранится в Минусинском музее. (1) Мои божественные хан и государство, - о жаль мне! (2) Тутук кёкмюшей, я ради доблести претерпел (2а) и разлучился (с этим миром). (3) Мои четыре родственника, - о жаль, я разлучился (с вами)! (4) Мое имя воина-мужа - Багча, а мое бекское имя - (5) - Этрюк, ... Е-53 (Элегест III) Надпись на оленном камне. Происходит из местности в правобережной части среднего течения реки Элегест, в 5 км к югу от памятника Е-52. Хранится в Тувинском музее. (1) [Некогда] на голубом небе возник [благородный] муж. От того хана пошло мужское потомство. (2) Из моей страны я пять раз уходил и возвращался во имя моей доблести мужа-воина. (3) Я - Бег Тархан Оге Тириг. Жаль, - о, моя страна, мой хан! Я не насладился (вами)!

© И.В. Кормушин Рунические надписи из Хакасии Опубликовано из книги: И.В. Кормушин. Тюркские енисейские эпитафии. Тексты и исследования. М., Наука, 1997 В бассейне Енисея, по среднему его течению, в пределах Минусинской котловины обнаружено значительное количество памятников тюркского рунического письма. Начало было положено знаменитой экспедицией Д.Г.Мессершмидта, снаряженной по указанию Петра I для всестороннего изучения Сибири. Продвинувшись из Кузнецкого бассейна в Хакасско-Минусинскую котловину, экспедиция летом 1721 года вышла к долине реки Уйбат, где ею было открыто большое количество древних курганов, в том числе оригинальные стелы со скульптурными изображениями и фантастическими масками. Среди множества курганных стел были найдены и первые рунические надписи (надпись Е-32). Находки и фиксирование памятников данной письменности, а затем и собирание их в музеи продолжились в XIX веке и связаны с именами болоьшого числа профессиональных путешественников-исследователей и местных краеведов - Г.И.Спасского, Н.А.Кострова, Е.Ф.Корчакова, И.П.Кузнецова, Г.Н.Потанина, А.В.Адрианова, Д.А.Клеменца, Н.М. Ядринцева. Надписи с тамгой Е-25 Надпись на стеле, найденной на в районе г. Саяногорска, на левом берегу Енисея. Хранится в Минусинском музее. Транскрипция: (1) qunčujïm qadašïm adïrïltïm buŋa ačïγ-a töränim (2) kü čäküŋ tutuq äsizim-ä adïrïltïm (3) elim qanïm äsizim-ä adïrïltïm altun keš adïrïltïm (4) beš qïrq är ölürtim ... (5) el ïnančï el²n¹(?) ... (6) qanïŋïz joq[l]ajur qadašla[r]ïŋïz qarγanur säniŋiz (7)j[o]γïm anča ärmiš adïrïltïmïz (1) Мои супруги, мои сородичи, - я разлучен (с вами), печально, горько! Мои сородичи-свойственники! (2) [Я]- знаменитый Чекюнг-тутук, - о, жаль мне, - я разлучился (с вами)! (3) Государство, к которому я принадлежал, мой хан, - о, жаль мне, я разлучен (с вами)! Золотой колчан [мой] - я разлучился (с тобой)! (4) Я убил (в своей жизни) сорок пять воинов (врага). (5) [Мое звание] - доверенный государственный [муж]... (6) Ваш хан ощущует потерю Вас, а Ваши соратники клянут себя в Вашей (смерти). (7) Такова была моя тризна. [Теперь] мы разлучились! Е-48 (Абакан) Надпись на стеле, происходит из Центральной Хакасии, из междуречья Уйбата при впадении его в Абакан в среднем течении, возли бывшего улуса Тутатчиковых. Хранится в Минусинском музее. (1) Ради его воинской доблести ... не насладился. (2) ... в моей воинской доблести ... (3) ... (4) ... три раза (5) ... (6) ... (7) Бек тёлёсов, мудрый тутук, Своей супругой, взятой (в замужество) в шестнадцать лет, не насладился, лучший из правителей, о жаль, о горе, о скорбь! (8) Своим доблестным элем он не насладился; делами отважного тутука тёлёсов он не насладился, лучший из правителей, о жаль, о горе, о скорбь! (9) О горе... Благодаря тому, что у Вас есть ... мы воздвигли [вечный памятник], лучшему из людей мы воздвигаем. (10) Благодаря своей доблести он достиг на ханской (службе) славного титула тутук, мой бек! - жаль, предводитель мужей-(воинов), мой мудрый, - о горе! (11) За свои сорок девять лет он убил пятьдесят девять мужей-(воинов) [врага], он убил сангуна - предводителя мужей-(совинов), мой мудрый, о - горе! (12) Пусть множаться косули внутренних земель: того, кто мог их подстрелить (на охоте) - отважного тутука, - нет!... Надписи с тамгой Е-27 (Оя) Надпись из левобережья Енисея, в восточном углу Койбальской степи, но обозначается по р. Оя, правому притоку Енисея. Хранится в Минусинском музее. (1) [Я -] Бынг Ачук... (2) (Мои) супруги на женских покоях ... (3) Я разлучился (с вами), о жаль мне ... (4) Я добывал наложниц ... (5) Я не насладился моим государством. Мое государство, - о жаль, ... (6) В жестоких войнах [я убил] тридцать мужей-(воинов) [врага] ... (7) С моим народом моего удела я разлучился ... (8) Таков вечный памятник мужу-воину ... (9) Как больно, ... Надписи без тамг. Е-29 (Алтын-Кёль II) Надпись, обнаруженная возле озера Алтын-Кёль, в правобережьи среднего течения реки Абакан. из левобережья Енисея, в восточном углу Койбальской степи, но обозначается по р. Оя, правому притоку Енисея. Хранится в Минусинском музее. (1) О моя жена (мои жены)..., - я не насладился ... своим народом я не насладился! (2) ... ради доблести ... (3) Тот, кто обладает доблестью, не собьется (с истинного пути)! Если же я собьюсь (с истинного пути), то воздав хвалу Зервану, я (вновь) обрету доблесть. (4) Народ, обладавший доблестью, пьяным не слонялся. О мой (брат) - близнец! (5) Десять (лунных) месяцев носила меня мать, родился я маольчиком, вырос мужчиной. (6) Из своего эля я четырежды уходил (и возвращался), ради моей доблести, я - Ынанчу Алп Сангун. (7) Обладая воинской доблестью, таким вот я был, невредимым. Из (?) Золотой Капар ... я пришел. (8) Во имя доблести мужа-воина, я отправился послом к тибетскому хану и не вернулся. Е-28 (Алтын-Кёль I) Надпись, обнаруженная возле озера Алтын-Кёль, в правобережьи среднего течения реки Абакан. из левобережья Енисея, в восточном углу Койбальской степи, но обозначается по р. Оя, правому притоку Енисея. Хранится в Минусинском музее. (1) Тем, что на земле я принадлежал (роду) Барс и обладал отвагой, я не насладился! (2) Вы были разящим стрелком [на охоте] и сильным (богатырем), побеждающим [в единоборстве]! Элиг Бёрт Опа Барс - о разлука, о горе! (3) Наша прародительница, госпожа Умай, Ты не сотворила нас, сородичей - отважных мужей с шестью (конечностями), наших верховых коней Ты не сотворила нас о трех (ногах). О мои трофеи, о мои сокровища - я разлучился, развязался (с этим миром), я передал [их]. (4) Десять (лунных) месяцев носила (меня) мать, принесла моему государству, для доблести я возмужал. (5) К скорби моего государства, не взирая на многочисленность врагов, я вступил в схватку и разлучился, - о горе! (6) На Ваших младших родных братьев и Ваших двоюродных братьев, Вы взвалили огромную ношу. (7) Ради [моей] воинской доблести, ради славы моих родных и двоюродных братьев водружен этот вечный памятник мне. (8) Нас было четверо, нас разлучил Эрклиг (повелитель подземного мира), о горе! (9) Размножайтесь, расселяйтесь косули черни Золотая Сонга: тот, кто мог [вас] поразить на охоте, - мой Опа Барс - он удалился, о горе! Е-30 (Уйбат I) Памятник происходит с территории древнего могильника вблизи улуса Чарков, в правобережной части среднего течения реки Уйбат. Хранится в Минусинском музее. (1) Во имя его десяти жен и девяти сыновей, (2) Я водрузил (этот) вечный (памятник) Чаб Шатун-тархану (Чабыш Тон-тархану). (3) Он родился ради (утверждения своей) доблести. (4) Во имя своей доблести отправившись из своего государства к Кара-хану, (5) Отрпавившись послом, Вы не вернулись, мой бек! Е-31 (Уйбат II) Памятник, как и прежний, происходит с территории древнего могильника вблизи улуса Чарков, в правобережной части среднего течения реки Уйбат. Хранится в Минусинском музее. (1) [Это - памятник] Уз Бильге Чангши. (2) Уз... (3) ... во имя его геройства, его доблести (4) ... водрузили [этот памятник]. На (все) четыре страны света... (5) ... из своего [государства] он трижды уходил (в дальние походы) и возвращался. (6) ... жаль, воин-муж погиб со своими двумя сыновьями. Е-32 (Уйбат III) Один из самых знаменитых памятников древнетюркской эпиграфики: он был открыт в числе первых в мае 1721 г. экспедицией Д.Г. Мессершмидта, а рисунки и сведения о нем были опубликованы в 1729 г. З. Байером в "Записках Императорской Академии Наук в Санкт-Петербурге" [Bayer Z. Vetus inscriptio Prussica//Commentarii Academiae Scientiarum Imperialis Petropolitanae. Tomus II. Petropoli, 1729] и в 1730 г. Ф.И. Страленбергом в его книге, получившей широкую известность в Европе [Strahlenberg P.J. Das nord- und ostliche Theil von Europa und Asia, insoweit solches das gantze Russische Reich mit Sibirien und grossen Tataren in sich begreiffet in einer historisch-geographischen Beschreibund der alten und neueren Seiten und vielen andern unbekannten Nachrichten vorgestellt, nebst einer noch niemals ans sicht gegebenen Tabula Polyglotta. Stockholm, 1730.] Также найден на территории древнего могильника в левобережной части среднего течения р. Уйбат, выше впадения в него реки Беи. Хранится в Минусинском музее. (1) Мой простой [народ, ... мои супруги в женских покоях], мои родные сыновья, - я не насладился (вами), как грустно! (2) ... Тархан-сангун... - он не насладился! Своему народу, (3) Государству Иль-чора...он погиб во имя своей доблести! (4) Наше... мастер ... сын мудрого бека. (5) Во имя своей доблести мужа-воина... вместе со своими телохранителями (?) и благодаря своей отваге захватив (в плен) девятерых мужей-воинов, сам он остался (на поле брани), о, доблестный мой бек! (6) ...доблесть... Он погиб на..., мой могучий старший брат, обладавший богатырской силой в руках. (7) Мастера писцы, ..., декораторы (?), [взятые в плен - ?] у врага, и весь народ смогли соорудить (памятник). (8) Мое государство ... девятерых мужей-воинов ... он предпринимал экспедиции. Его коня (?), мужей-воинов... (9) Во главе тридцати мужей-(дружинников) я вступил в схватку и - разлучился (с тобой), ... (10) О, мой дорогой, старший брат, - я разлучился (с тобой), ... (11) Когда мне был год, я разлучился с моим дедушкой. [Будучи] без деда, о, мой благородный старший брат! (12) Я был у него штандарто(носцем), я был довренным (советником). (13) Когда мне было шесть лет, я лишился отца, но не сознавал (этого) (а теперь), к прискорбию, я покинул своего дядюшку, горько (?), о, мой дорогой дядя, без отца, доблесть ... было (12) Моим государством, моим ханом я не насладился. ... о мои ..., о, мои родные и двоюродные братья, мои (?) ..., солнце... (13) Во имя доблести я погиб ... Е-98 (Уйбат VI) Из числа недавних открытий (11464 г.), происходит с территории древнего могильника вблизи улуса Чарков, в правобережной части среднего течения реки Уйбат. Опубликована впервые В.Я.Бутанаевым [Бутанаев В.Я. Новая уйбатская сабра // Ученые записки ХакНИИЯЛИ. 11463. - вып.18 - № 2 - С.149-152]. Хранится в Абаканском музее. (1) Доблестные мужи печалятся: Вы (много) добыли, но не насладились, о бек из благородных беков! (2) Печаль из печалей, - Вы отделились [от нас], о горе, - сорок мужей-воинов Вы оставили (букв.: сделали) без отца! (3) При взятии земель [сильного] уйгурского хана, Вы, Тириг-бек, [были] словно клыкастый вепрь, - о жаль мне! (4) ... мой бег Алыч (?) Барс Тириг, - как грустно! О моя доблесть, - как жаль! (5) ... сотворенный..., - о, бек! (6) Я убил [двадцать два мужа-воина] (врага). Я убивал синих (серых) волков, черных соболей (?), оленей. (7) ... этот ... наш ... Е-37 (Тесь) Надпись на спине каменного изваяния ("каменной бабе"), открытого экспедицией Д.Г. Мессершмидта в начале 1722 г. Происходит с левобережья Енисея, из местности в междуречье Теси и Ербы, близко к границе Средней и Северной Хакасии. Хранится в Минусинском музее. (1) Я - ичрек Кара-хана... (2) Я - от (племени) ябаку... (3) Я - Тюргеш. Я - летописец. Год обезьяны(?). Е-40 (Ташеба) Надпись в одну строку на небольшой плоской стеле, происходит из долины реки Ташебы, левой протоки Абакана в его низовье. Хранится в Минусинском музее. Мое имя мужа-воина - Анар Атач. Прозвище моего народа "имеющий золото". Е-120 (Тугутюп) Надпись на узких ребрах огромной в прошлом плиты. Присходит из местности в левобережьи Енисея, в 15 км южнее с. Новоселово, немного за северной административной границей Хакасии, и является самой северной рунической надписью на Среднем Енисее. Хранится в Красноярском музее. (1) [Я -] могучий тархан ..., о, мой народ, печально! - я не насладился своими многочисленными товарищами. Моими сыновьями, моими супругами - я не насладился! (2) Своим беком, моим ... (родственником - ?), печально - я не насладился! О, моя земля, мои реки, озера, - я не насладился (вами), о, жаль! Не одного врага поразил я!

Тэсинская стела Обнаружена С.Г.Кляшторным и сотрудниками Института истории АН МНР С.Харжаубаем и А.Очиром летом 11466 года в Северо-Западной Монголии, в долине реки Тэс. Сама стела это камень - блок красноватого гранита, прямоугольный в сечении, с обломанным штырем на одном конце и со следами старого излома на другом, и с древнетюркской надписью по четырем сторонам. Ныне хранится в Улан-Баторе, в Институте истории АН МНР. Первая часть Тэсинской надписи содержит достаточно указаний на Основной сюжет памятника - воцарение в наследника уйгурского Элетмиш-Бильге-кагана, его второго сына Кутлуг Бильге-таркан-сенгуна, "поднятого на белом войлоке" в мае 759 года. Надпись переведена С.Г.Кляшторным. Западная сторона (1) (2) (3) (4) (5) (6) Северная сторона (7) (8) (9) (10) (11) Восточная сторона (12) (13) (14) (15) (16) (17) Южная сторона (18) (19) (20) (21) (22) Библиография С.Г. Кляшторный. Тэсинская стела (предварительная публикация).//Советская тюркология. - Баку, 1983 - № 6 - С.76-91

Надпись в честь Тоньюкука Памятник или прижизненная эпитафия сооружены в честь одного из основателей Второго Тюркского каганата,предводителя второго по значимости после каганского, рода Ашидэ, советника каганов Эльтериша(Кутлуга), Капагана (Мочжо, или Бо-чура) и Бильге (Могиляна) - мудрого Тоньюкука. Памятник, по мнению Гумилева Л.Н., был воздвигнут в 717-718 г.г. Время постановки стелы позволят предположить, что она явилась некоторым оправдательным "документом", в котором Великий советник описывает свои заслуги в создании каганата, так как именно в этот период после 716 года Советник находился в опале и избежал казни лишь благодаря своему родству с Бильге-каганом, замужем за которой была его дочь По-фу (Бо-бег?). Надпись (1) (2) (3) (4) (5) (6) (7) (8) (9) (10) (11) (12) (13) (14) (15) (16) (17) (18) (19) (20) (21) (22) (23) (24) (25) (26) (27) (28) (29) (30) (31) (32) (33) (34) (35) (36) (37) (38) (39) (40) (41) (42) (43) (44) (45) (46) (47) (48) (49) (50) (51) (52) (53) (54) (55) (56) (57) (58) (59) (60) (61) (62) Библиография Малов С.Е. Образцы древнетурецкой письменности с предисловием и словарем. (Стеклогарфия), Изд. Вост.фак. САГУ, Ташкент, 1926. Малов С.Е. Древнетурецкие надгробия с надписями бассейна р.Талас. - Изв. АН СССР. Отд.гуманит. наук, 1929, С. 805-806. Радлов В.В. Труды Орхонской экспедиции. Атлас древностей Монголии. Издан по поручению Академии наук, выпуск четвертый, табл. CV-CXVIII. Radloff W. Dr. Die Altturkishen Inschriften der Mongolei. Zweite Folge. Die Inschrift des Tonjukuk. СПб., 1899. Fr.Hirth. Nachworte zur Inschrift des Tonjukuk. - W.Bathold. Die Altturkischen Inschriften ynd die arabischen Quellen. Ross E. Denisson. The Tonyukuk Inscriptions. Bulletin of the School of Oriental Studies. London, т. VI, 1930-1932, стр.37-43. Thomsen Vilhelm. Turcica. Etudes concernant linterpretation des inscriptions turques de la Mongolie et de la Siberie. Memoires de ls Soc. Fin.-Ougr. XXXVII, Helsingfors, 1916. Thomsen Vilhelm. Altturkische Inschriften aus der Mongolei. Zeit. D. Deutsch. Morg. Gesell., т.78, Leipzig, 1924-1925, стр. 121-175.

Надпись в честь Бильге-кагана Памятник-эпитафия сооружен в честь одного из правителей Второго тюркского каганата - Могиляна, известного нам под тронным именем Бильге-кагана. В памятнике упоминается и младший брат кагана - принц Кюль-тегин, один из выдающихся военачальников своей эпохи, и эпитафия поставлена именно на его могиле. Поэтому, памятник иногда называют надписью в честь Кюль-тегина. Эпитафия была обнаружена Н.М. Ядринцевым в 1889 году, в Кошо-цайдамской долине, на берегу реки Орхон в Монголии. Расшифровка этого памятника открыла для мира древнетюркскую рунику, и весьма сложно переоценить значение этого памятника в вопросе изучения государственности, мироустройства и культуры древних тюрков. ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА Сам памятник неоднократно изучался многими учеными, однако заслуга детального описания принадлежит чешскому археологу Йислу, обследовавшего захоронение во время совместной чешско-могнгольской экпедиции в 1958 году. Все сооружение, размерами 80х40 метров, вытянуто с востока на запад. Оно обведено рвом, прерывающимся перед воротами, и стеной из глины, которая была покрыта черепицей, оштукатурена и побелена. У ворот - две статуи баранов из мрамора. За ними мощеная дорога и пруд для дождевой воды с керамической трубой, которая отводила излишек влаги. За ним, на спине мраморной черепахи (китайский символ вечности) была укреплена сама стела с надписью. Рядом находился храм с жертвенником и мраморной статуей Кюль-тегина и его жены. Голову статуи удалось найти. Она выполнена вполне реалистически: монголоидные черты - скуластость, могольское веко, низкий прямой нос и косой разрез глаз не оставляют места для сомнений в расовой принадлежности рода Ашина. К памятнику тянется цепь балбалов на целых 3 км от цайдамских соленых озер. До нашего времени уцелело 169 балбалов, но, по-видимому, их было больше. Некоторым изваяниям придано грубое подобие человека, обозначены руки, намечен пояс. Малая надпись (1) (2) (3) (4) (5) (6) (7) (8) (9) (10) (11) (12) (13) Большая надпись (1) (2) (3) (4) (5) (6) (7) (8) (9) (10) (11) (12) (13) (14) (15) (16) (17) (18) (19) (20) (21) (22) (23) (24) (25) (26) (27) (28) (29) (30) (31) (32) (33) (34) (35) (36) (37) (38) (39) (40) (41) (42) (43) (44) (45) (46) (47) (48) (49) (50) (51) (52) (53) Библиография Владимирцов Б.Я. По поводу древнетюркского Otuken yis. Докл. АН СССР - В, 1929, стр.133-136. Владимирцов Б.Я. Географические имена орхонских надписей, сохранившиеся в монгольском. Доклады АН СССР - В, 1929, стр.169-174. Владимирцов Б.Я. Заметки к древнетюркским и старомонгольским текстам. Докл. АН - В, 1929, стр.289-2146. Малов С.Е. Новые памятники с турецкими рунами. Язык и мышление, VI-VII, стр. 251-279 (с рисунками). Малов С.Е. Каменная баба с рунами из Монголии. (Енисейские памятники). V. Памятник рунами из Прибайкалья. Мелиоранский П.М. Памятник в честь Кюль-Тегин. Записки Всоточного отделения Русского археологического общества, XII, вып. II-III СПб. 1899, стр.1-144. Мелиоранский П.М. Указатель орхонно-турецких слов и форм, разобранных в статье "Памятник в честь Кюль-Тегина" (стр.0171-0174). - Рец.: Н.Ф.Катанов. Изв. Общ.археол., ист. И этногр., XVI, стр. 117-118. Мелиоранский П.М. рец. На Vambery H. Noten zu dem altturlichen Inshriften der Mongolei und Sibiriens. Memories de la Soc. Finno-Ougr., XII, 1899. ЗВО, XII, (1900), стр.0146-0162, ї 275. Мелиоранский П.М. Небольшая орхонская надпись на серебряной кринке Румянцевского музея. ЗВО, XV, 1903, стр.034 и сл. С табл. Мелиоранский П.М. Не "идол", а "племя". Советская этнография, ї 6, 1935, стр.44-46. Radloff W. Die Altturkishen Inschriften der Mongolei. I. Das Denkmal zy Ehren des Prinzen Kul Tegin. St.-Petersbourg, 1894. Radloff W. Die Altturkishen Inschriften der Mongolei, вып. 1-3, СПб. 1895. Вып. 1 (1894): Die Denkmaler vou Koscho-Zaidam. Текст, транскрипция и второй перевод В.В.Радлова. Вып. 2 (1894): Die Denkmaler von Koscho-Zaidam. Словарь, индекс и китайские надписи в переводе В.П.Васильева. - Вып.3 (1895 г.). Поправки и исправления к памятнику в честь Кюль-Тегина (стр.175-243). Онгинский памятник (стр.243-256). Мелкие памятники долины р.Орхон (стр.256-282). Кара-балгасунские памятники (китайские и тюркско-рунические). Енисейские памятники (стр. 299-387). Грамматический очерк языка тюркских рун (стр. 388-422). Хронологический и именной указатель к памятникам (стр. 423-438). Новые переводы Кошо-Цайдамских памятников (стр. 439-460); это - тертий перевод этих памтяников В.В.Радлова. Radloff W. Die Altturkishen Inschriften der Mongolei. Neue Folge, СПб., 18146. Радлов В.В. и П.М. Мелиоранский. Древнетюрские памятники в Кошо-Цайдаме. Сборник трудов Орхонской экспедиции, IV, СПб. 18146. Описание памтяников В.Радлова (стр.1-14). Текст и перевод надписей (стр.15-45) П.М. Мелиоранского на русский язык в переводе с четвертого немецкого перевода В.В.Радлова. Семь таблиц надписей руническим алфавитом. Розен В.Р. Suum cuique. Поповоду дешифровки орхонских и енисейских надписей. ЗВО,VIII, стр. 323-325. Bang W. Uber die kokturkische Inshrift auf der Sudseite des Kul-Tagin-Denkmals. Leipzig, 18146. Baung W. Turcica. Mitteil. D. Vorderasiat. Gecellschaft. Hommel-Festschriften. т. II, 1916, стр. 270-294; Отд. Оттиск, Leipzig, 1917. Donner Kai und Rasanen Martti. Zwei neue turkische. Runeninschriften. Journ. De la Soc. Finno-Ougr., XLV, 2, Helsingfors, 1931. Kotwicz W. Le monument turc dkkhe-Khuchotu en Mongolie centrale. Rocznik Orjentalistyczny, t. IV, (1926). Lwow, 1928. Неджиб Асим. Орхонские памтяники. Istanbul, 1341 г.х. Часть 1. Древняя история тюрков. Грамматический очерк. Часть II. Текст памятников (арабским шрифтом и турецкий перевод, стр.146-165). Ramstedt G. J. Zwei uigurische Runeninschriften in d. Nord Mongolei. Joutn. De la Soc. Finno-ougr., XXX, 3, 1913. Текст, транскрипция и перевод двух рунических памтяников из Монголии. С несколькими таблицами-снимками . - Рец.: Ed. Chavannes. Toung Pao, XIV. (1913), стр. 789-791. Рамстедт Г. Перевод надписи Селенгинского камня. Труды Троицкосавско-кяхт. Отд. Русск. Географ. Общ., XV, вып. 1, СПб., 1914. Thomsen V. Inscriptions de lOrkhon dechiffrees par... Memoires de la Soc. Finno-ougr., V, Helsingfors, 18146. Thomsen V. Turcica. Etudes concernant linterpretation des inscriptions turques de la Mongolie et de la Siberie. Memoires de la Soc. Fin.-ougr., XXXVII, Helsingfors, 1916, стр. 1-108. Thomsen V. Altturkische Inschriften aus der Mongolei. ZDMG, т.78. Leipzig, 1924, стр. 121-175.