Перейти к содержанию
  • Сообщения

    • 47 минут назад, Амырай сказал:

      дарить им крупный рогатый скот, овец и хлебопродукты

      Основываясь на расположении городищ и фортификационных сооружений киданий, к настоящему времени уже достаточно уверено можно провести северную границу империи Ляо. Ее северо-западные пределы определяются серией крупных городищ, являвшихся ремесленными, земледельческими, административными и военными центрами. Находясь вдали от центра империи, их жители не могли поддерживать регулярные связи с метрополией. Степные пространства северо-западной части империи Ляо зачастую попадали под контроль недружественных киданям номадов. Не надеясь на помощь имперских войск, киданьские гарнизоны в долине р. Тола могли полагаться только на собственные силы и ресурсы. Поэтому с момента строительства и на протяжении всего времени своего существования северо-западные го-рода заселялись не только военными, но и снабжавшим их всем необходимым гражданским населением. Наличие на незначительной по своим размерам территории в западной части долины Толы высокой концентрации разного рода сооружений, построенных по воле киданьской администрации, свидетельствует об ее особом значении в геополитических планах Ляо. Вероятно, она рассматривалась как опорный плацдарм империи среди неблагонадежного населения центральноазиатских степей, поэтому должна была сама себя обеспечивать, находясь на «полуавтономном» положении. Выбор киданями для сооружения стратегического плацдарма именно долины Толы был во многом обусловлен наличием здесь пригодных для земледелия площадей и возможности выращивания сельскохозяйственной продукции, столь необходимой военным. Киданьские гарнизоны, расквартированные в до-лине Толы, всегда могли в случае необходимости оперативно отреагировать на неповиновение со стороны номадов, в корне пресекая возможные бунты. Если же дело доходило до военного противостояния, укрепленные киданьские города надолго задерживали у своих стен отряды противника, не давая ему совершать набеги в центр империи. В случае нападения на метрополию непокорные кочевники вынуждены были опасаться удара с тыла, который могли предпринять против них воинские контингенты, расквартированные на северо-западе.
       

    • Чингис в малолетстве был захвачен в плен цзиньцами, обращен в рабство и только через десять с лишним лет бежал. Поэтому [он] знает все дела государства Цзинь.

      Как видим никаких юрт и балаганов. В городах они жили с отоплением правда не с центральным но все же вполне себе цивилизовано.

    • 28 минут назад, Скриптонит сказал:

      Balǰun aral-dur kürčü.

      Это в Читинской области. А как он перешел  границу кто ему позволил. Что то я сомневаюсь.

    • МЭН-ДА БЭЙ-ЛУ

      Цзинь были созданы северо-восточное вербовочно-карательное управление 115 для обороны от монголов 116 и Кореи и юго-западное вербовочно-карателыюе управление для контроля над территорией татар и Си Ся. Монголы, очевидно, занимали [земли, на которых находились] двадцать семь круглых крепостей 117

       

    • Более интересен другой факт, имеющий, хотя и косвенно, отношение
      к Чингис-хану. Известно, что в 1135 г. вождь монгольской конфедерации
      вождеств Хабул-хан (великий предок Чингис-хана) присутствовал на ин-
      тронизации императора Цзинь Си-цзуна. Опасаясь усиления монгольского
      лидера, император на его пути домой подослал к нему убийц. Хабул-хан
      расправился с ними, а позднее приказал в отместку убить цзиньских по-
      слов. Он также отразил карательную экспедицию чжурчжэней (Бичурин
      1950: 378). Его сын Хухула-хан совершил удачный поход на чжурчжэней
      и получил богатую добычу.
      В 1147 г. был заключен мирный договор, согласно которому 27 крепо-
      стей к северу от этой границы цзиньцы передавали монголам, а также обе-
      щали ежегодно дарить им крупный рогатый скот, овец и хлебопродукты
      (Воробьев 1975: 329–330). В этом фрагменте примечательным является
      упоминание о 27 крепостях. Чан Хай, упоминающий этот факт, считает его
      дополнительным аргументом в пользу того, что северо-восточный «вал Чин-
      гис-хана» был построен чжурчжэнями (Чан Хай 2018: 104).

  • Раньше считалось, что эти печи появились в древнетюркскую эпоху в VI–X вв. нашей эры, однако радиоуглеродный анализ показал, что они возникли на 300 – 400 лет раньше – в III–IV вв. нашей эры, то есть еще до того, как сложился Тюркский каганат.

    Это открытие кардинально меняет представление о развитии древней металлургии.
    Археологи ТГУ при поддержке гранта РНФ "Генезис черной металлургии в Южной Сибири" изучают, кто, когда и каким именно способом стал добывать железо на Алтае и в Шории. Первая часть проекта – исследование древних железоплавильных печей Горного Алтая (Россия).

    Всего там было открыто 15 печей кош-агачского типа – это крупнейшие для того времени печи во всей Центральной Азии.

    Исследования велись в 1970 – 1980-х годах, и тогда их появление связали с первым Тюркским каганатом. После этого больше 40 лет на территории Горного Алтая исследования по археометаллургии железа не велись.

    В 2018 году археологи ТГУ провели раскопки древних мастерских по выплавке железа на берегу реки Куяхтанар.

    Для обнаружения печей и рудных выработок ученые использовали аэрофотосъемку и магнитную разведку. Именно с помощью магнитной разведки была обнаружена печь прекрасной сохранности, что впервые позволило полностью восстановить конструкцию и понять древнюю технологию выплавки железа.

    "Проведенная работа позволила провести переоценку дат возникновения печей данного типа на Алтае. Радиоуглеродные даты показали, что печи кош-агачского типа появились уже в III-IV вв. нашей эры. Очень похожие печи встречаются позднее в Юго-Восточной Азии, – рассказал руководитель проекта, сотрудник лаборатории социально-антропологических исследований ФИПН ТГУ Евгений Водясов. – Это переворот представлений о развитии металлургии.

    Раз такие сложные и производительные печи появились на Алтае раньше, чем в Юго-Восточной Азии, то теперь нужно переосмысливать существующие представления о распространении технологий. В этом нам могут очень помочь исследования на пограничных российскому Алтаю территориях Монголии, Казахстана и Китая".

    В печах кош-агачского типа можно было получить за одну плавку железную крицу весом около одной тонны. Для сооружения печи использовалось 1500 кг глины и каменные плиты весом 1200 кг.

    "Мы изучили подземную камеру и наземную часть печи, где происходил процесс восстановления железа из руды. В этом году будем искать место, где обрабатывали полученную крицу, и надеемся найти кузницу", – пояснил Евгений Водясов.

    Результаты своей работы томские ученые представили на международной конференции Archaeometallurgy in Europe в Мишкольце (Венгрия). Доклады томских ученых получили высокую оценку и вызвали оживленную дискуссию. Несколько зарубежных лабораторий предложили им рассмотреть возможность совместных проектов.

    tsu.ru

    • Like 2

    Обратная связь

    Рекомендуемые комментарии

    Комментариев нет


×
×
  • Создать...