Перейти к содержанию
  • Сообщения

    • Свидетельство византийского историка Никифора Вриенния

      «Они [турки] говорили: "Не считайте нас кочевниками без рода. Мы — народ, чей блеск равен блеску древней Персии и Парфии. Мы пришли забрать то, что наше по праву и по закону войны"».

    • Ответ Роману Диогену о статусе империи

      (согласно хронике Ибн ал-Джаузи😞

      «Ты говоришь о захвате земель, но мы лишь возвращаемся в Хорасан и земли предков, которые принадлежали нам до того, как их заняли ваши гарнизоны. Мы — султаны мира, и наше право на эти земли древнее, чем твои притязания».

       

    • В послании султана Алп-Арслана (записанном в арабских источниках в пересказе его визиря Низама аль-Мулька)

      «Бог наделил нас землями, которыми владели древние цари... Мы пришли не как грабители, ищущие добычи, но как хозяева, возвращающие свой удел. Подобно тому, как Парфяне [Ашканиды] правили этими пределами до греков, ныне мы, по праву меча и веры, вступаем во владение своим наследством».

    • 5 часов назад, Rust сказал:

      Читали сами Яхонтова и Пуллебланка? 

      «The earliest form Ko-k'un (鬲昆) [Gekun] ... has a final -n which is difficult to reconcile with the later -r or -z unless we assume that it represents a different suffix or a different dialectal development. I have suggested that it may represent a collective suffix in -n, well known in Mongolian and also found in some early Turkic titles.»

      «The change from -t [in Ch'i-ku / Jiegū] to -s [in Hsia-chia-ssu / Xiajiasi] is also highly significant. It has long been recognized that in the transcription of foreign words in the Tang period, final -t was used for -r. The new transcription of the ninth century replaces this with a syllable ending in -s. This must mean that by that time the final consonant of the name had become -z, as in the modern form Qyrqyz.»

      «The new transcription of the ninth century, Hsia-chia-ssu [Xiajiasi], replacing the various forms of the seventh and eighth centuries ending in -t, is a clear indication that by that time the change from -r to -z had taken place in the name itself. The final syllable ssu (EMC sye) was the standard way of representing a foreign final -s or -z.»

      «The popular etymology 'forty girls' (qyrq qyz) is a typical example of folk etymology... The Chinese transcriptions, starting from Gekun, show a consistency in the first syllable that points to a much simpler root.»

      The Name of the Kirghiz» (1990, стр. 104)

      То есть, согласно Пуллибланка, этноним кыргыз:

      II в. до н.э.: Qyr + kun (Гэкунь)

      VI-VIII вв.: Qyr + kyr (Цзегу) — где китайский «т» передает «р».

      IX в.: Qyr + qyz (Сяцзясы) — где китайский «с» передает «з».

      До 6 века окончания "Н", потом "Р", потом "З".

      Реконструкция С. Яхонтова:

      "Таким образом, форма (6) хягясы есть китайская транскрипция слова кыркыз; другие формы, к которым она приравнивается в китайских историях -(2) гяньгунь, (4) гегу и др. отражают фонетические варианты того же этнонима (например, кыркур или, может быть, кыркун, кыркут, кыркуз). Форма хягясы не может передавать звуки хакас".

      С.E. Яхонтов, 1970, СЭ. 1970. №2. С. 110-120.

       

    • Письмо кагана Истеми к императору Маврикию

      «Я — владыка семи племен и господин семи климатов... Я пришел, чтобы восстановить порядок в землях, которые когда-то принадлежали моим предкам».

  • Лицевая реконструкция человека из Дашогузской области Туркменистана, принадлежавшего к Кельтеминарской культуре — неолитической культуре оседлых рыболовов, обитавших в южном Приаралье в VI—III тыс. до нашей эры.

    Антропологически классифицируется как «южный европеоид», при этом имеет сходство с представителями Джейтунской культуры — неолитической археологической культуры (VI—V тыс. до н. э.), расположенной на территории южного Туркменистана и северо-восточного Ирана.

    Основной район распространения Кельтеминарской культуры — древняя дельта Амударьи и сопредельные территории. Кельтеминарцы украшали себя бусами из раковин и жили в  огромных домах, в которых помещалась большая материнская родовая община примерно в 100—120 человек.

    Жили они материнским родовым строем. Мужчины занимались рыбалкой и охотой, позднее к этому прибавилось и скотоводство. Женщины вели домашнее хозяйство; они были хозяйками дома, в то время как мужчина был в нём лишь гостем. Счёт наследования вёлся по женской линии, дети принадлежали матери.

    Кельтеминарцы были рыболовами, охотниками и собирателями. Прежде всего, пожалуй, рыболовами. Они ловили щуку, сазана, сома, жереха, язя и многих других рыб. Интересно, что рыбьи кости и чешуя позволили специалистам-ихтиологам не только определить виды рыб, но сделать предположения и о способах их ловли, и о том, какими были тогдашние водоемы. Археологи не нашли орудий, о которых можно было бы безоговорочно сказать: «Вот этим приспособлением добывали рыбу». А ихтиологи, изучавшие кости, сообщили, что лов рыбы производился главным образом колющими орудиями типа гарпуна, а также, по-видимому, и крючками. Ведь в уловах преобладают щука и сазан! И еще: «Собственно речных видов рыб в материале нет. Большое количество щуки, язя, красноперки и окуня показывает, что водоем был озерного типа или, во всяком случае, содержал прозрачную воду». И, наконец: «Присутствие в уловах преимущественно мелкого, видимо камышового, сома показывает, что водоем этот был с обильной подводной растительностью».


    Обратная связь

    Рекомендуемые комментарии

    Комментариев нет


×
×
  • Создать...