ТРАДИЦИОННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ХАКАСОВ О СОБАКЕ
(конец XIX – середина XX века)
В традиционном мировоззрении хакасов особое место отводилось представлениям о собаке (хак. адай, iт).
Термином «традиционное мировоззрение (представления)» мы обозначаем характерный для конца XIX – середины XX в. комплекс архаических воззрений и обрядов, «передаваемых из поколения в поколение».
В данный период мифологические представления и обрядность имели наиболее широкое бытование в
жизни народа. Впоследствии в силу объективных причин их мифо-ритуальный комплекс был существенно
редуцирован. Однако его отдельные элементы в виде реликта сохраняются и в наши дни.
В культуре хакасов собака входила в круг доместицированных животных адай-хус (букв. ‘собакаптица’).
В героической эпике и мифах этого народа лай собак и рев животных наряду с горящим
очагом были одним из основных маркеров ойкумены и важнейшим показателем стабильности жизни людей.
Собака, будучи домашним животным, была тесно связана с системой жизнеобеспечения человека. Ее использовали для охраны жилища и домашнего хозяйства. Эта функция собаки нашла отражение в хакасском фольклоре. В сказании о богатыре по имени Ах Молат делается акцент на наличие у героя сторожевого пса: «Была у него одна только черная собака, верный страж всего стойбища».
Собака являлась незаменимым помощником при
выпасе скота. Отдельные пастушеские собаки могли
самостоятельно управлять стадом, при необходимости искусно маневрировать – прогонять гурт, производить развороты, разделять животных, находить и возвращать отошедших и др. Собаке отводилась особая роль на охоте.
В прошлом она наряду с охотничьим снаряжением и конем была неотъемлемой составляющей промысловой деятельности. Енисейский губернатор А.П. Степанов, описывая быт хакасов в XIX в., отмечал: «Татары (хакасы. – В.Б.) поднимаются на охоту дружно, большими обществами и всегда налегке, несмотря
на продолжительное отсутствие из своего кочевья. Несколько заводных лошадей или просто своя верховая, котел, кое-какой запас для пищи, винтовка со всем снарядом и собака – вот все, что они имеют с собой»
[1997, с. 77]. Среди охотников высоко ценились собаки сагайской и тоджинской охотничьих пород. Эти
обладатели бесстрашного характера были невысокого роста, с острой лисьей мордочкой и стоячими ушами. Они умело загоняли зверя на дерево или в камни и сторожили его до прихода охотника [Яковлев, 1900,
с. 64]. С такими собаками предпочитали охотиться и на медведя. А.А. Ярилов отмечал: «На медведя ходят
с собаками, артелью в 3–7 человек, с Успенья до Покрова. Хороших собак на медведя очень мало, и они
ценятся дорого. Один из рассказчиков купил, напр., такую за пять рублей» [1890, с. 98].
Наличие собаки (и коня) подчеркивало материальную состоятельность человека. У хакасов есть такая поговорка, характеризующая убогость жизни человека: Ат палғачаң сарчыны даа чоғыл, ÿрiп сыхчан адайы даа чоғыл – ‘У него нет даже коновязи, куда привязывают коня, у него даже нет лающей собаки’ [Бутанаев, 1999, с. 109].
Включенность собаки в жизнь и быт людей получила отражение в мировоззрении и обрядовой практике хакасского народа. Символическое и ритуальное значение собаки у хакасов было велико. Однако отношение к этому животному нельзя считать однозначным, в сознании народа оно наделялось, как правило, амбивалентными характеристиками.
Собака как положительный персонаж
Собака пользовалась особым уважением благодаря практической пользе, которую она приносила человеку. В этом животном больше всего ценились такие качества, как ум, преданность, сила, выносливость и
др. Мифологическим сознанием собаке нередко приписывались черты, присущие самому человеку, – сознание, воля, любовь и т.п.
Почтительное отношение к этому животному нашло отражение в поговорках:
Алған хатыңа iзенме, азыраан адайға iзенiс − ‘Не надейся на взятую жену, надейся на вскормленную собаку’, Чабал кiзiдең чöргенче чахсы адайнаң чöр − ‘Чем дружить с плохим человеком, лучше ходить с хорошей
собакой’.
Не случайно в хакасском мифе о происхождении человека именно собаке было поручено охранять слепленные богом из глины тела первых людей. Отметим, что подобные мифы были распространены среди алтайцев, монголов и самодийцев.
Идея взаимозависимости и тесной связи собаки и человека прослеживается в мифе о первом хлебе. Благодаря заступничеству собаки, говорится в мифе, удалось сохранить некоторые злаковые растения, которые позже хакасы стали называть адай ÿлÿзi – ‘собачья доля’. Данный миф стал основой для формирования убеждения, что «собак надо сытно кормить, иначе не будет хорошей жизни» [Бутанаев, 2003, с. 112]. На семантическую связь собаки и хлеба недвусмысленно указывает загадка: «Если выйдет на улицу − сворачивается калачом, если войдет в дом – сворачивается пирогом (собака)».
Согласно верованиям хакасов, собака могла принести талан – ‘счастье, удачу’. В фольклоре весьма распространен такой сюжет: герой за предоставленную услугу духу-хозяину воды (горы) или другому мифическому персонажу в качестве вознаграждения получает (чаще – выбирает сам) маленького невзрачного щенка (собаку). Это животное является воплощением талан для фольклорного персонажа. В дальнейшем щенок (собака) чудесным образом преображается в прекрасную деву, становится супругой героя и приносит ему счастье и богатство. Аналогичные фольклорные сюжеты известны у шорцев и северных алтайцев.
По мифологическим представлениям, отдельные собаки могли свободно перемещаться в воздушной и водной среде. Воплощением данной идеи был известный среди хакасов мифологический персонаж – крылатая собака Хубай-хус (‘птица Хубай’). Считается, что она появилась из яйца турпана (вид уток). Благодаря своим чудесным способностям Хубай-хус стала непревзойденной охотничьей собакой. Она могла преследовать добычу как на земле, так в воде и небе. Крылатая собака принесла в дом своего хозяина достаток и процветание. После смерти она вознеслась на небо и превратилась в созвездие Ориона (Адай Ÿлгерi).
В фольклоре хакасов собака, как и конь, выступает незаменимым и верным другом и советчиком человека . Она помогает герою во всех испытаниях, нередко спасает ему жизнь. Так, в богатырском сказании «Чил Саппа» собака Ах адай ‘Белая собака’, преодолев все препятствия, отыскивает волшебное средство и оживляет доброго богатыря.
