Jump to content
IFM

Тюркские обычаи наследования в наше время.

Recommended Posts

По делам часто бываю в нотариальных конторах. Одна и та же печальная картина: пожилые, русские по большей части, люди пишут и переписывают по разным обстоятельствам завещания своей недвижимости. Для меня это удивительно тем, что я с детства знал, что моему младшему брату при условии проживания поблизости и ухода-помощи, при необходимости, отойдет все имущество родителей ( так оно и вышло). Моя бабушка по отцу в пожилом возрасте жила у ставших городскими детей зимой, а летом, пока могла, в своем доме в деревне. Дом (не жилой) сейчас хоть и записан на дядю - младшего брата моего отца, но решать единолично, что с ним делать, родня поручила мне, объяснив это тем, что дом построен и обустроен моим отцом ( а я его старший сын) взамен сгоревшего в 60-х г.г. старого. (Вот я уже восемь лет и решаю -продавать родину или нет ;-) ) Бабушка по маме прожила до конца жизни вместе с единственным сыном - маминым младшим братом. Получается наличие двух вариантов наследования: классическое тюркское младшим сыном, и, во втором случае, частный случай наследования старшим сыном старшего же сына. Забыл сразу сказать, что я – татарин ( актанышский по родителям и воспитанию в детстве бабушкой, башкиркой, кстати).

Link to comment
Share on other sites

  • Модераторы

Медведева Т.Н.

(ассистент кафедры правоведения)

Наследование у хакасов по нормам обычного права

Материалы по обычному праву являются одним из важнейших источников для характеристики не только общественно-экономических и политических процессов с древних времен, но и для решения проблемы развития мировоззренческих и правовых установок у различных народов, в частности у хакасов.

Наследственное право является наиболее консервативной частью права, оно непосредственно связано с традициями быта, семейными отношениями, отношением общества к семье. Поэтому обращение к наследованию у хакасов по нормам обычного права представляется актуальным.

Говоря о степени научной разработанности обычного права, и института наследования, как одного из компонентов обычного права, необходимо отметить, что оно мало исследовано не только в рамках этнографии и истории, но и представителями других наук. Следует отметить работы члена ИРГО Кострова Н.А., правоведа Лаппо Д.Е., Иссар-Иссарцева Н.И. Большой вклад в изучение обычного права хакасов внес известный этнограф, профессор Бутанаев В.Я. В его работах получили отражение различные элементы обычного права хакасов, отметим его последнюю работу «Степные законы Хонгороя» , где впервые последовательно изложен юридический быт коренного населения Хакасии, представлены уникальные материалы по имущественному праву, в том числе по наследованию.

Данная статья посвящена совокупности имущественных прав и обязанностей, носителем которых умерший был при жизни. В их числе главенствующее место, вне всякого сомнения, занимает право собственности. Исторически хакасы обладали им только над движимым имуществом (аныг), которое «заключается в скоте, юртах, зимовьях, долговых расписках, шкурах и всех домашних вещах и запасах».

"Единственным недвижимым имуществом суть земли, на которых кочуют инородцы. Земли эти не обмежеваны, но татары знают хорошо их границы, определяя их известными живыми урочищами. Местность, состоящая в собственность известного рода, находится в общем пользовании всего этого рода и ни малейшая часть ее не может быть отчуждена без согласия всех

старейших родовичей. Правда, что некоторые улусы; находясь постоянно на

одном месте, дают повод думать, что это кочевье, переходит к ним как будто

по наследству; однакож, на самом деле такое заключение было бы ошибочно,

потому что эти же самые улусы, без согласия других, составляющих род, не

могут распоряжаться владеемого землею: ясно, что земля находится во

владении целого рода, а не отдельных улусов. Каждый родович, или целый улус, имеет право занимать место для кочевья, зимовья, пастбищ и пашни везде, где пожелает, лишь бы только другой не занял этого места прежде; звероловство и рыболовство точно также составляют общее право всех родовичей, кочующих на известном им пространстве земли", – отметил Н.А. Костров . То же отмечает В.Я. Бутанаев: «Согласно степным законам Хонгороя, достояние – «илерген» коренных жителей состояло из недвижимого или общего имущества и движимого или частного имущества».

Согласно № 40 Свода степных законов «Каждый располагает своим имением, как пожелает, только бы оно не было противно общим государственным законам».

Движимое имущество или частное имение заключалось в скоте, юртах, долговых расписках, шкурах и всех домашних вещах и запасах. Имение у хакаса существовало родовое и благоприобретенное. Благоприобретенное это то, которое досталось кому-либо посредством дара, приданого, завещания, купли и т.п. способов приобретения собственности; второе то, которое досталось по наследству от отца, матери и других родственников.

«Имущество, которое не может быть передано в посторонний род и в собственность чужеродцу, почитается у инородцев родовым» , – отмечали исследователи для бурят.

При рассмотрении раздела семейного имущества мы встречаемся с самыми различными обычаями и институтами, касающимися разделения большесемейных общин, выдела сыновей, наконец, многоженства, санкционированного обычным правом.

До XIX в. раздел происходил по сложившимся традициям после смерти престарелого отца. Завещаний, как юридических документов, хакасы не знали. Существовал установленный обычным правом порядок наследования, по которому имущество переходило к сыновьям, т.к. они являлись основными наследниками отца.

Отец выделял долю наследства (улус), состоящую из скота и имущества, только женатому сыну, это носило название "аалнан сыгарарга" – выходить из аала. Так как женитьба сыновей совершалась в порядке старшинства, то младший сын всегда выделялся последним. Он получал две доли наследства – свою и отцовскую. В соответствии с традицией имущественного минората у народов алтайской языковой семьи (в том числе и хакасов) младший сын не выделялся после брака, жил вместе с родителями, являясь наследником отцовского хозяйства, «хранителем очага» – очы (от + чы).

Размер наследства зависел как от обеспеченности отца, так и от его личного усмотрения и инициативы. Если отец, несмотря на требование сына, не хотел его отделить, то сын мог отделиться без доли наследства, но уже с потерей права требовать ее позже.

Следует отметить, что приемные сыновья пользовались правом наследования наравне с родными. Разногласий по этому поводу обычно не возникало. При полигамном браке дети от каждой жены обладали равными правами на наследство. То же обстоятельство было отмечено Д.Я. Самоквасовым для бурят: "Все дети обоего пола, прижитые от всех жен, как венчанных, так и невенчанных, взятых только обыкновенным порядком за калым, почитаются законными и равное право имеют на наследство" .

При выделе сыновей отец разбивал, за вычетом калымов, все имущество на равные части, оставляя двойную долю для себя и жены в старости.

Основной заботой при разделе сыновей было обеспечение их женой, поэтому выделение части наследства без уверенности, что данный сын жениться, не практиковалось. По-видимому, это делалось с целью, чтобы имущество, полученное сыном, не было растрачено на стороне и таким образом не ушло бы за пределы рода или данной семейно-родовой группы.

Если умершему наследовали несколько сыновей и, кроме того, были еще мать и дочери и если сыновья задумали делить между собой наследство, то во внимание принималось следующее: женаты ли сыновья или же холосты, не сосватал ли кто-нибудь из сыновей себе невесту и не просватаны ли дочери. Выяснение этих вопросов было необходимо потому, что полученное с женами приданое и необходимый уплаты калым выделялись отдельно. И только остальное имущество делилось поровну между детьми и матерью-вдовой.

«Женатый сын по смерти отца не имеет уже в наследстве, если только сам отец при жизни не назначит ему участия в нем. Основанием к этому служит то, то, что в большинстве случаев сын при женитьбе получает часть отцовского имущества и обзаводиться отдельным хозяйством. По смерти родителей имения их получают дети мужского и женского пола, холостые, по равной части, а сыновья, женатые и отделенные особыми домами и дочери, выданные замуж капитала родителей не имеют на сие права. Но если сыновья женаты, а дочери замужние, тогда имение получают одни дети мужского пола, по равной части, а дочерям замужним ничего не дается», – писал Д.Я. Самоквасов об аналогичных правилах у бурят .

Если сыновья не были отделены при жизни отца, то по его смерти старший из сыновей делил имущество между своими братьями, а сестер выдавал замуж с приданым. Однако и при установленном обычае порядка раздела возникало немало сложностей, тогда приходилось приглашать опытных людей. Иногда сын не соглашался на то, чтобы отец сам определил объем надела и требовал для этого участия родни. Максимальная доля наследства зависела от отца, минимальная обычно определялась старцами, имеющими моральный авторитет, но не судебной властью.

Калым сыновей был меньше, чем их наделы, примерно в

соотношении 1/3 к 2/3. Уплатив калым за старшего сына, отец не выделял его ранее назначения всем своим сыновьям по известной части на калым, не исключая и младшего сына, который обычно не выделялся.

Права вдовы на наследство тесно переплетались с таким

явлением, как обычай левирата, по которому вдова должна была выйти замуж за младшего брата мужа – халдых’а. Хакасы смотрели на вдову как на имущество, которым могли распоряжаться родственники покойного, т.е. вдова сама являлась частью наследства.

Тем не менее, можно найти указания на то, что за вдовой признавалось право на известную часть наследства. § 52 Проекта Степных законов гласит, что: "После смерти родовича женатого, имеющего у себя жену и детей мужесцка и женска пола, жена покойного получает пятую часть их всего имения» . Н.А. Костров, изучая быт хакасов, отметил, что жена покойного получает пятую часть из всего наследства .

Вдове полагалась доля имущества по обычаю меньше сыновней. Если же оставалось несколько вдов, то указанная пятая часть делилась между ними поровну. Вдова могла пользоваться этим имуществом, но распоряжаться по своему усмотрению им она не могла. Она не имела права передавать в свой род даже самую малую часть наследства. В случае выхода замуж за чужеродца доля вдовы отбиралась. Это подтверждают архивные материалы: «… поделить детей Кучи Танзыбаева, а в наследии Лукерье (жена Танзыбаева – М.Т.) отказать, потому что она вышла замуж за инородца Алексея Мохова» .

В особую группу можно выделить те положения хакасского обычного права, в соответствии с которым вдова, хотя и становились как бы владелицей и распорядительницей имущества, оставшегося после смерти мужа, но только временно, и оно не являлось ее собственностью. Фактически, имущество, поступившее в полную и неотъемлемую принадлежность вдове, на самом деле принадлежало ее детям, или братьям и другим родственниками умершего.

Обычным правом предусматривались гарантии для вдовы, они заключались в том, что младший сын был обязан содержать мать после смерти отца.

Из всего сказанного можно сделать следующие выводы. Фактически вдова по обычному праву не являлась наследницей своего покойного мужа. Она скорее представляла собой как бы приложение к наследуемому имуществу и, если у нее не было детей, то учитывалась при делении имущества между братьями или другими родственниками покойного.

При наличии несовершеннолетних детей она была хранительницей принадлежавшего им отцовского имущества вплоть до их совершеннолетия. Доминирующее значение имели при этом представления об общинно-родовой собственности, вследствие чего все имущество должно было оставаться в пределах, если не семейной группы, то рода. Будучи, как правило, при экзогамных браках чужеродкой, вдова могла выступать в качестве временной распорядительницы и как бы владелицы имущества, но при этом, обычное право пресекало всякую возможность "утечки" имущества за пределы данной семейно-родовой группы.

Далее рассмотрим выдел дочерям, их наследственные права. Обычной нормой было такое положение, в котором дочь не могла претендовать на наследство. Однако по обычаю она имела право на приданое. В § 52 Проекта Степных законов мы находим следующее правило – "дочерям по десятой части», аналогично содержание § 58: «Отец выделяет дочерям часть принадлежащего своего имения при отдаче ея в замужество. Ежели же не выделит ей части, то она имеет право требовать ее после смерти отца» .

Схожее положение К.Д. Басаева отметила в отношении бурят: «Дочери, имели в семье право на содержание и приданое (с учетом средств на свадебные расходы) сообразно материальному положению отца» .

А.Н. Изразцов прямо говорил, что дочь не имела права на наследство. Вся забота о ней – выдать замуж, приготовить приданое, а затем, когда у нее родится ребенок, отец дарил ей скот . Еще более категоричен Н.И. Иссар-Иссарцев: «Обычный порядок наследования, еще пока неисковерканный вторжением общего закона, совсем не таков, каким его изображают… взявшие откуда то сведения о том, что сестры получают известную часть наследства, как и братья. Сведения эти… так и пахнут русским духом и далеки от истины» .

Таким образом, существует два мнения авторов по поводу наследования дочерьми: 1) дочь имеет право только наследования, и в наследство получает 1/10 часть имущества отца; 2) дочь имеет право только на приданое, в разделе имущества она не участвует. Сопоставив два мнения, мы пришли к выводу, что приданое составляло 1/10 часть имущества отца, т.е. в качестве приданого дочь получает долю наследства.

По сведениям Н.А. Кислякова, в случае отсутствия сыновей после умершего братья отца или ближайшие родственники берут к себе его малолетних дочерей, делят имущество между собой, воспитывают их и выдают замуж . «Невыданная дочь сама является своего рода имуществом», - свидетельствует Н.И. Гродеков . После смерти отца ее в случае раздела братьев присоединяли к тому из них, кому еще не дали средств на калым, чтобы из полученного за сестру калыма он заплатил за свою невесту.

Единственная дочь умершего (если не осталось сыновей) при несколько равно близких родственниках, например дядьях, может выбирать между ними. Кого она выберет себе в опекуны, тому достается только калым, если таковой не был получен при отце, но не наследство. Наследство разделяется между остальными родственниками поровну. Если нет родни по мужской линии, то ее отправляют в замужество родне по женской линии; отец или мать матери, сестра отца.

В середине XIX в. при отсутствии потомков мужского пола, согласно обычному праву, в наследование вступали незамужние дочери; но при выходе их замуж в посторонний род удерживалась "в пользу ближайших родственников умершего или того общества, кому он принадлежал, третья часть наследства". Однако в начале XX в. это положение изменилось. Н.И. Иссар-Иссарцев отмечал, что если "остается одна девица без братьев, то при выходе замуж все наследство несет к мужу" .

Таким образом, была пробита брешь в патриархальном укладе семейной жизни, при котором в наследовании участвовали только мужчины.

Если у умершего не было детей, то по обычному праву, его имущество поступает к ближайшим родственникам со стороны отца, находящихся в одинаковом родстве с покойником, по равной части, прежде всего, родным братьям, если нет родных братьев, то к родным дядям; потом следуют двоюродные братья и двоюродные дяди, троюродные братья и троюродные дяди. Если у покойного нет родственных братьев до седьмой линии, то имение следует по равной части родным сестрам и далее, сообразно мужской линии, если у умершего нет никого наследников в нисходящих и боковых линиях, то наследство переходит в восходящую.

Кисляков Н.А. в отношении казахов отмечает: "...в первую очередь наследуют ближайшие родственники покойного, под которыми следовало понимать отца, деда, дядьев, братьев различных степеней, племянников" .

Относительно завещания необходимо добавить, что, по обычному праву, «каждому владельцу дозволяется завещать, чтобы имение его после смерти отдано было кроме детей другому, то получивший имение по такому завещанию имеет уже полное право над сим имением, так что постоянные наследники не должны уже иметь к оному никакого притязания». Но сила такого завещания простирается только на «одни домашние вещи и платья: юрты, скот, деньги и долговые расписки» – неотъемлемую собственность детей .

То, что в середине ХIХ в. в обычай входит письменная форма завещания подтверждают архивные материалы: "...будучи в здравом рассудке, Сунчугашев, твердой памяти, дал сию запись в том, что сколько после смерти меня и жены моей остается имущества движимого и недвижимого, т.е. лошадей, рогатого скота и овец, отдаю я и жена моя, вскормленица нашей Мычанеек, находящейся ныне в замужестве за инородца Алтис Атповым Тюпобеевым; с тем однакож, чтобы они при старости и дряхлости нашей, имели за нами и скотом нашим прикрытия как должно; и при исполнении всего этого никто из посторонних людей и родственников наших не вправе будет вступать в оставшееся после смерти нас имущество» .

Последний в роде имел право завещать все свое имущество «безисключительно» .

Следует раскрыть те нормы обычного права, которые рассматривают имущество, принадлежащее покойной жене, т.е. приданого. Вдовец получает от покойной жены своей также пятую часть из всего имущества, которое делается неотъемлемой собственностью до конца жизни . Остальное, так же как у бурят, делится между всеми ее детьми: «Буде же жена при выходе замуж имела приданое, то оное по смерти ея, если это случится прежде мужа, получает муж, а по нем дети».

Если жена умирала бездетной, то по обычаю муж должен был возвратить ее родственникам приданое жены, кроме 1/5 части. Если же у покойной жены была хотя бы одна дочь, то из указанного возвращалась только половина, а при наличии детей мужского пола родители умершей не получали ничего .

При наличии нескольких жен их приданое не смешивалось и всегда учитывалось раздельно, чтобы впоследствии досталось детям той жены, за которой оно получено. Осторожные мужья даже скот, полученный в приданое, не смешивали в одной отаре, а содержали отдельно. Следует отметить, что сводные дети имеют каждый свое наследство: принадлежащее отцу – от отца, матери – от матери.

Таким образом, рассмотрев наследственное обычное право хакасов, мы пришли к следующим выводам.

Нормы отцовского рода отчетливо выражены в наследственном праве,

т.е. в круг наследуемых входят только мужчины, как продолжатели рода

умершего главы семьи и хозяйства, как хранители его имущества, достояния.

Таким образом, сыновья являлись основными наследниками имущества.

Выделы происходили по старшинству и после женитьбы сына, младший

оставался с отцом. Размер выдела полностью зависел от воли отца. Разногласий обычно не было.

Если у наследодателя имелись дочери, то правом наследования не пользовались (как уходящие в чужой род), но они имели право на приданое, которое составляло 1/10 часть имения отца, но в конце ХIХ в. дочери при отсутствии наследников мужского пола могли вступить в наследство. Мы видим, что нормы патриархального уклада, смягчались и в круг наследуемых допускались и женщины.

Жена покойного часто сама являлась частью наследства по обычаю левирата. По обычному праву она наследовала 1/5 часть имущества мужа, но она не могла его передать в свой род и при выходе вдовы замуж в другой род, наследуемая часть удерживалась в пользу ее детей. В полной собственности, т.е. владеть и распоряжаться, она могла только своим приданым. После ее смерти ее имущество (приданое) наследовал муж, а после него дети, если она умерла бездетной – приданое возвращалась ее родственникам.

Если у наследодателя не было детей – имущество наследовали ближайшие родственники: братья, дяди, племянники, отец, дед. Если не было таковых, имущество, доставалось родовичам.

Наследственное имущество не могло выходить за пределы данного рода. Имущество каждого хакаса составляло после него общее достояние того рода, к которому он принадлежал. Род сохраняет право на выморочное имущество своих членов.

Примечания

Link to comment
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now


×
×
  • Create New...