1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133, 134, 135, 136, 137, 138, 139, 140, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 159, 160, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167
 
Статьи
 



Эдуард Хуршудян. Об Алматы и проблеме вокруг нее. Часть I

9.Этимология по Радлову

В.В. Радлов [39] ледующим образом объясняет название города Алматы и связанные с этим корнем образования:
1. алмалы [казанский диалект (=татарский), из алма+лы] имеющий яблоко- einen Apfel habend; алмалы агач - дерево с яблоками- ein Baum mit Apfeln; алмалы жыл- изобильный яблоками год- ein apfelreiches Jahr; алмалы гюл – название цветка - Name einer Blume.
2. алмалык [крымский диалект (крымско-татарский), из алма+лык] яблочный сад- der Apfelgarten.
3. almalik [чаг. almālīq из alma+lik] город Верный – die Stadt Wernyi (auch Almaty genannt).
4. almaliq [чаг. almālīgh], almalik (Шейх Сулейман. Чагатайско-Османский словарь)- turkestanak šimāl jahtandah ujghūr qabilesy wa moghollarinak šahrīdar-
5. алматы [казахский (у Радлова кыргызский!), almalik] город Верный (Алматинск) – die Stadt Wernyi (Almatinsk); алматы су – Алматинка, река около Верного – die Almatinka, Fluss bei Wernyi.
Как видно из вышеприведенных этимологий, В.В. Радлов не объясняет форму Алматы, довольствуясь лишь приведением казахской формы-соответствия. А то, что он называет Верный Алмаликом, то здесь Радлов, очевидно, путает Алматы (=Алмалык), что около Кульджи с современной Алматы.
В сборнике также не нашли места работы английских путешественников и исследователей. Так, например, в книге Томаса Форcайта   "Report of a Mission to Yarkand in 1873 : vol.1, pp. 17, ccxiii (1875). T. D. Forsyth. Calcutta [40] , приводятся интересные сведения о торговых отношениях Алматы и его окрестностей (Ават) с торговцами из Кашгара, а также сведения о географии региона.

Назад  1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11  Вперед
29 сентября 2010      Автор: admin      Просмотров: 42350      

Другие статьи из этой рубрики

Турсун Султанов. Кто такие казахи

Казак — тюркское слово. Его исходная форма именно такая: два увулярных к' начальный и конечный, — к' а з а к'. Со времени выхода известной книги А. Левшина о казахах (1832) в трудах некоторых ученых распространено утверждение о том, что в "Шах-наме" великого персидского поэта Фирдоуси (рубеж X—XI столетий), в разделе о Рустаме якобы говорится о казахах и ханах казахских. Однако cодержание бессмертного творения хорошо известно ориенталистам, и там нет ни слова о слове "казак". Как показали многолетние исследования ведущего востоковеда Республики Казахстан Б. Е. Кумекова, нет упоминания термина "казак" и в сочинениях ранних арабских авторов. В мусульманских письменных источниках мы встречаем его в анонимном тюрко-арабском словаре, составленном, вероятно, в Египте, известном по рукописи 1245 года и изданном М. Хоутсмом в Лейдене в 1894-м, со значением "бездомный", "бесприютный", "скиталец", "изгнанник".

Ж.М. Тулибаева. Персоязычные источники по истории казахского народа XIV–XV веков

Начиная с XI в. обширная территория от Днестра и северных берегов Черного моря до Иртыша и озера Балхаш носила название Дешт-и Кипчак. Западный Дешт-и Кипчак простирался с востока на запад от Яика до Днестра, а с юга на север – от Черного и Каспийского морей до г. Укека. Восточный Дешт-и Кипчак занимал земли от Иртыша до Яика и от озера Балхаш и низовьев Сырдарьи до Тобола. В XIII в. Дешт-и Кипчак вошел в состав улуса Джучи (Золотая Орда), основная масса населения которого состояла из тюркских и монгольских кочевых родов и племен.

Д.А. Аманжолова. Казахское общество в 1-й четверти XX века: проблемы этноидентификации

Формирование национального самосознания казахов определялось рядом факторов внутриэтнического характера и объективными условиями развития казахского общества. Особенно активно этот процесс происходил в XX в. Хотя, как показала в своих исследованиях Н.Е. Бекмаханова, уже в XVIII и особенно в XIX вв. вследствие все более активного втягивания региона в общероссийскую экономику, участия казахов в важнейших военно-политических событиях Российской империи, а также усложнения форм социальной организации, медленного, но неуклонного перехода от кочевых к полукочевым и оседлым формам жизнедеятельности, интенсивного общения казахской элиты и ссыльных представителей русской демократической интеллигенции и др. обстоятельств казахский этнос обретал новое качество развития в рамках мирового сообщества [1].

Илиуф Хаджи-Мурат. Кто вы, чала-казаки? Этиология слова.

Историки и этнографы едины во мнении о том, что прежнее казахское общество состояло из трех социальных слоев. Высшее положение в ее архитектонике занимали представители сословия aq süyek (букв. ‘белая кость’), в которое включались чингизиды-töreler (töre, букв. ‘закон’), и потомки первых проповедников ислама-hodjalar (hodja, букв. ‘хозяин, господин’). Потомки Чингиз-хана, известные также под обобщающим именем töre süyek, имели титул султана и право занимать ханский престол. Отметим, что приведенное сложное название, сокращенное до слова töre, приобрело в казахском языке значения ‘историч. чингизид; аристократ; господин; иронич. начальник’. Среди группы hodjalar, иногда именуемой сословием asıl süyek (букв. ‘благородная кость’), особо почитаемыми были потомки пророка Мухаммеда – сеиды (seyitter). Принадлежность к высшим стратам общества была обусловлена происхождением. Казахская аристократия обладала особым социально-правовым статусом, занимала привилегированное положение в структуре общественных отношений.

К. А. Пищулина и развитие историко-востоковедной науки в Казахстане

В 2009 году исполняется 75 лет со дня рождения и 50 лет научной деятельности видного ученого Республики Казахстан, ведущего историка-медиевиста и востоковеда Клавдии Антоновны Пищулиной. Всю свою научную деятельность К.А. Пищулина посвятила изучению позднесредневековой истории Казахстана и Центральной Азии. Ее появление в казахстанском востоковедении совпало с началом формирования собственной историко-востоковедной школы советского Казахстана в дальнейшее развитие которой она внесла свой личный немалый вклад как профессиональный востоковед – иранист и тюрколог. Многие ее научные открытия дошли до своего читателя через многотомные издания "Истории Казахстана" и "Казахской энциклопедии". В подобных фундаментальных коллективных изданиях зачастую остаются в тени конкретные авторы этих трудов, поскольку это не индивидуальные статьи и монографии, но изложенные в них идеи и мысли быстрее всего получают распространение. Благодаря этим трудам многие научные открытия К.А. Пищулиной получили всеобщее признание и на протяжении многих лет тиражируются в различных изданиях, научных монографиях и статьях, учебниках и учебных пособиях, республиканских и региональных энциклопедиях, справочниках.
 
 

"Евразийский исторический сервер"
1999-2020 © Абдуманапов Рустам
Пользовательское Соглашение

письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте | словарь

Вопрос копирования материалов
Партнер: Кыргызский эпос "Манас"